И лишь Лалиэн стояла на ее пути, закрываясь от порывов ледяного огня магическим барьером. Остальных же, как и Дайроса, отбросило от цели Безликого.

— Знакомая магия, — глас Безликого, громогласный, проникающий в душу, сливался с тонким голосом Александры. — Не думала, почему в тебе проснулся столь редкий дар? И почему тебе вдруг так захотелось присоединиться к путешествию сестры? Наша магия противоположна. Все вы лишь пешки, удачно расставленные в этой партии, — тонкая ладонь Александры потянулась к барьеру. А стоило пальцам коснуться его, как тонкая преграда лопнула.

Лалиэн громко вздохнула, вскинув руки. Ее фигура засияла ослепляющим золотым светом. Языки синего пламени с шипением столкнулись с золотистыми лучами магии Лалиэн.

— Ты — угроза, — Александра резко приблизилась к Лалиэн, протягивая руку. Эльфийка захрипела, когда пальцы сестры сжали ее горло.

— Александра, стой! — Дайрос подскочил на ноги, рванул к девушкам, не обращая внимания на ледяные прикосновения синего огня. — Ты убьешь сестру!

Лалиэн рухнула на пол, жадно хватая ртом воздух. А Александра, пошатываясь, отступила, прижав ладонь к лицу.

Пламя резко потухло, погрузив Храм в ледяной полумрак и мертвую тишину. Лекс обернулась. Ладонь закрывала от него половину лица, к нему обратился полный муки взгляд. По щекам Александры заскользили слезы, а она двинулась навстречу. В синих радужках вспыхивал магический свет и снова гас. Она сопротивлялась воле Безликого.

— Борись, — прошептал он, замерев в полуметре от нее.

Александра мотнула головой, нагнувшись вперед так резко, словно кто-то толкнул ее в спину. Она схватилась за лезвие его меча. Настолько сильно стиснула ладонью металл, что сквозь пальца засочилась алая кровь.

А выпрямившись, она приставила острие меча к своей груди, прямо напротив сердца.

— Нет, — на выдохе произнес он.

— Пожалуйста, Дэй, — слабый шепот Александры звучал оглушительно в тишине Храма. — Убей меня… — Хватка на лезвии усилилась, а магический свет в глубине глаз становился ярче. Она словно пыталась одновременно удержать и оттолкнуть меч от груди. — Убей, пока я не убила вас.

Дайрос смотрел в глаза Александры, в которые постепенно возвращалась холодная решимость Безликого.

Бог не пощадит никого, даже ее. Впервые ладони на рукояти меча дрожали. Любое решение станет роковым. Но как решиться на убийство любимой?

Хранительница"

"Видение и реальность, но место действия одно. Только в видении этот Храм прекрасен, он сияет драгоценными камнями и жидким металлом, текущим в прожилках стен и сплетающимся замысловатыми линиями в невероятные узоры. В реальности он разрушен и переживает последние века увядания до того, как окончательно канет в небытие.