Дайрос рванул вперед, не обращая внимания на сопротивление мышц и усталость. Он схватил бывшего регента за плечо и дернул на себя в то мгновение, когда тот швырнул в озеро некий кристалл черного цвета.

— Нет! — Дайрос бросился вперед, хватая цепь опасного артефакта, развернулся в воздухе и отбросил его далеко в сторону уже в полете, за секунду до того, как с головой погрузиться в серебристые воды Источника.

Лучница

Дайрос направился к Источнику с медальоном в руке, а Лалиэн побежала к лестнице, ведущей на крепостную стену, чтобы подсоединить кристалл. Защиту нужно восстановить, ведь враг мог пробиться вновь, а поддерживать живой барьер постоянно невозможно. Она успела на себе испытать, насколько это энергозатратный процесс. Мира уже исчерпала себя и потеряла сознание. Как и другие маги. По крайней мере, Лалиэн надеялась, что они живы.

Бой тем временем возобновился. Поднявшись наверх, она увидела с высоты стены, как схлестнулись армии Серебряной Луны и Белой Иглы. Аркарион вел их в бой, а потому так страшно и волнительно стало на душе. И в то же время она гордилась мужем, его самоотверженностью и верностью своему народу. А еще в сердце разрасталась горечь. Одно столкновение они уже проиграли, что снизило их шансы на благоприятный исход. Синее пламя все еще вихрилось в замораживающей воронке, а значит, Александра и Исааз сражались. И лишь на ее успех была надежда.

Стоило подумать об этом, как раздался звук боевого рога. Лалиэн даже не поверила слуху. Но глазам поверить пришлось. С севера показалась армия. Митрил и Драко прибыли, чтобы присоединиться к сражению. Роги трубили, пока воины неслись, намереваясь вступить в бой. Лалиэн обернулась, припав на колени, когда из самого центра города в небо поднялся черный дракон.

— Дайрос, — на губах появилась улыбка.

Вид летящего в небе дракона вселял надежду в ее душу и страх в сердца врагов.

Хранительница

Мечи встречались и со звоном разъединялись вновь. Мы кружили в центре огненного смерча, обрушивая друг на друга один удар за другим. Мышцы ныли от напряжения, кожу покрыла испарина, дыхание вырывалось сипло. И каждый удар сообщал о приближающемся проигрыше. Как победить саму себя? Эти приемы, подсечки, блоки — все то, чему учил меня дедушка, а позднее дополненное в долгом пути, Исааз успел изучить и сейчас использовал мою силу против меня же самой. Но мое тело смертно, оно устает, когда бог не знает устали.

Исааз улыбался, синий взгляд внимательно следил за моими действиями. Даже попытки использовать собственные слабые стороны оборачивались против меня. Вскрикнула, когда кончик лезвия скользнул по подбородку, чудом не ударив по горлу. А следом Исааз развернулся и ударил уже эфесом. Мир перевернулся перед глазами.