А как разобрали, что стало с их подчинёнными, живо ретировались в сторону своего форта.

Рассмотревший их Виктор сообщил об этом товарищам, и уже маркиз, как самый громогласный среди них, поведал эту новость запрудившим улицу людям:

– Сержанты убежали в форт! Как бы не привели сюда помощь!

С этой минуты довольно активно стал действовать хозяин трактира и наиболее представительный мужчина из местных. Они живо распорядились выставить горящие факелы не только на углах улицы, но и в центре образуемого перекрёстка дорог. По всем понятиям это означало призыв «Требуем справедливости и защиты!», на который из форта обязаны были ответить, прислав дежурное подразделение с офицером.

Трактирщик, на мгновение остановившись, решил дать пояснения для чужаков. Причём делал это с явным злорадством:

– Никуда эти сержанты не денутся! Завтра же будут казнены прилюдно! Ишь, что надумали: ночью подкрадываться к гражданским людям и бить их смертным боем! А у нас тут с нашим завоевателем Павлом Первым по этим вопросам полный порядок: «…коль ты бандит аль разбойник – казнить, невзирая на звания и боевые заслуги!» Уже пару раз в форте казнили зачинщиков смут и погромов.

И сейчас их командир разберётся!

– А как у вас тут с дуэлями? – поинтересовался виконт Алый.

– Да сколько угодно! Только вначале надо получить разрешение от коменданта форта и… – он ткнул рукой в того самого солидного мужика, – у нашего старосты. Закон есть закон! – и опять помчался в своё заведение, раздавая команды мечущимся слугам."

"Остальные осматривали тела и вели бурное обсуждение случившегося. А квартет так называемых дипломатов только теперь рассмотрел тех, кто им своевременно помог с правого фланга.

Те самые торговцы из баронства Бисме. Именно они, разочарованные таким скомканным концом разговора с окончившими ужинать рыцарями, решили хоть выглянуть в окно и присмотреться, в какую сторону те двинутся. Мол, куда они поедут, значит, именно там находится Павел Первый. Пока постояли за плотной тканью, пока глаза привыкли к темноте, пока присмотрелись к начавшимся безобразиям, а там уже и действовать пришлось без промедления. Поняли, что людей спасать надо и лучшего повода познакомиться ближе никак не представится.

Тут уже рыцарские понятия чести заставили цериалцев и барона из Башни представиться доблестным товарищам по сражению. Они отошли чуть в сторонку, как раз к телам стрелков, и продолжили обсуждение отбитого нападения. Тогда как с другой стороны невольного ристалища, возле забора, от местных людей, обследующих тела, так и раздавались удивлённые восклицания:

– Мать честная! Ты только глянь!..