Два сержанта и один старшина, сопя от служебного рвения, насели и оторвали ноги Эди от пола. Хаврон благоразумно не сопротивлялся представителям власти, но вельможного костюма не отпускал. Красногубый секретарь язвительно улыбался.

– Близкое предсказание – вот оно. Завтра из реставрационной мастерской при Пушкинском музее будет похищена картина «Мальчик с саблей»! Она пропадет среди бела дня, из охраняемого помещения. Видеокамера ничего не снимет. Кто-то наденет на нее носок. На носке будет ценник! – крикнул Хаврон.

Моржуев перестал поправлять костюм и с интересом взглянул на Эдю. Старшина и оба сержанта приостановились. Эдя воспрянул было, но взгляд Моржуева уже потух.

– Унесите мебель! – сказал он милиционерам, отворачиваясь.

– Не забудьте про мой гонорар! Адрес… Вы не записали адрес! Мне нужны деньги! – крикнул Хаврон, в меру бережно транспортируемый за дверь.

– Деньги всем нужны!.. Адрес будет в протоколе! – с материнской нежностью произнес старшина.

Глава 2

Пигмей духа

Евгеша Мошкин, Петруччо Чимоданов и Ната Вихрова сидели в каминном зале на Большой Дмитровке, 13 и ждали возвращения Дафны и Мефодия, отлучившихся к таксидермисту за свежими кожами для деловых корреспонденций.

Им было скучно, и от нечего делать Ната стала спрашивать у Мошкина и Чимоданова, влюблялись ли они когда-нибудь.

– Любовь? Для меня это неактуально! Я еще ничего реального не достиг. Подчеркиваю! У меня на это просто времени нет, – фыркнул Петруччо.

– Сейчас доподчеркиваешься! – хмыкнула Ната и грозно шевельнула бровью.

– НО! Не очень-то я и боюсь… Если твоя магия и подействует на меня, то ненадолго! – заявил Чимоданов.

– Почему это?

– Я родился с тобой в один день. У меня изначальный иммунитет к твоей магии. Мне это Улита сказала… Рано или поздно я излечусь и отомщу. Подошлю к тебе целую кучу пластилиновых человечков-убийц! Их будут тысячи! Они полезут из всех щелей, из сточных труб, и у каждого будет в руке отравленная булавка!

Ната поежилась.

– Хватит с меня одного твоего Зудуки! Вечно он спрячется в какой-нибудь угол и пакостит! Недавно напустил мне полный карман зубной пасты! – примирительно буркнула она.

Поняв, что выиграл этот раунд и магия Наты ему не грозит, Чимоданов довольно ухмыльнулся.

– Я вот что думаю. Чем умнее и сложнее существо, тем больше времени проходит с момента, когда оно рождается, до момента, когда влюбляется. Ну, например, хомяк. Ему всего три месяца от роду, а он уже отец. В шесть месяцев – дедушка… А слон только через пятьдесят лет семью заведет.

– Ты у нас что, слон? Спасибо, что признался, – сострадательно заметила Ната.

– То же самое и с людьми, – не слушая ее, продолжал Петруччо. – Иные уже в тринадцать лет остановились в развитии, ну вроде тебя, Вихрова.