Не должна эта информация так уж дорого стоить?

Джозеф и Энтони сели в экипаж и направились на окраину столицы. Джозеф решил поехать к ведунье с кузеном за компанию, чтобы поддержать. Тот порывался сделать это ещё вчера, но без предварительной договорённости ехать к Корнелии бесполезно — не примет. Поэтому визит и перенесли на сегодня.

Странные у ведуньи порядки. Принимает только по ночам. Но это не прихоть. Днём она спит. Она может заснуть только при ярком солнечном свете — это её проклятие, плата за дар. У каждого сильного мага есть слабость. Природу не обманешь — любит справедливость.

Если где-то щедро отсыпала, то где-то и недодала.

Первое время братья ехали молча. Джозеф видел, что кузен напряжён. Что ж, у Джозефа была тема для разговора, которая оживит Энтони.

— А скажи-ка мне, братец, такую вещь: чего больше всего не любят и не умеют студенты? Наверно, ты хорошо их изучил за пять лет работы?

Энтони заинтересованно прищурился:

— Зачем это тебе? Даже не так. Перефразирую, — усмехнулся он. — Кого это ты топить собрался? Кто тебе уже успел насолить?

Ответ у Джозефа был — одна мелкая настырная староста.

Но кузену он сказал другое.

— Никто не насолил. На завтра назначен второй тур отбора на место моего ассистента. Вот думаю, какое бы дать задание посложнее, чтобы победил действительно достойный.

Или лучше сказать, чтобы гарантировано не победила одна мелкая настырная староста.

Энтони думал недолго.

— Проще простого. Вспомни, какие задания ты не любил и считал невыполнимыми, когда сам был студентом.

Хм, невыполнимыми? Были такие. А это идея.

Тереса поднималась по винтовой лестнице башни одна.

Валерия осталась ждать её в экипаже. Они решили, что если Тереса будет говорить с ведуньей с глазу на глаз, та будет более откровенной.

Лестница всё вилась и вилась, казалась бесконечной. Высоковато живёт ведунья. Ещё и ступени под ногами жалобно поскрипывали. И это Тереса ещё миниатюрная, а какие звуки они издают, когда по ним поднимаются более габаритные посетители?

После нескольких десятков витков цель, наконец, была достигнута — Тереса оказалась в небольшой слабо освещённой комнате. Она уже столько слышала про ведунью, что не удивилась, застав её за вязанием.

Никто никогда не видел Корнелию без спиц в руках.

— Любопытство — единственный порок, который я не осуждаю, — вместо приветствия произнесла она.

Тереса, разумеется, догадалась, что это ей тут на неё намекают. Ну что поделать? Да, любопытство было второй её натурой. И да, именно оно привело её сегодня сюда.

— А сестру любопытства — любознательность, вы причисляете к добродетелям? — поинтересовалась с улыбкой. — Доброй ночи, Корнелия.