Я молчу всю обратную дорогу в особняк Гриффинов, размышляя, как мне, на хрен, держаться подальше от Оливера Касла в будущем. По пути домой получаю сообщение от Кэллама: «Когда вернешься, приходи ко мне в библиотеку».

Выбираюсь из машины, как только та останавливается, спешу в приятную прохладу дома и направляюсь прямиком наверх в библиотеку.

Кэллам выглядит бледным и сдержанным в своем темном костюме. По его решительной осанке понимаю, что супруг что-то узнал.

Пока он не начал говорить, хочу рассказать о том, как Оливер явился в кампус. Проблема в том, что единственный раз, когда я видела, как Кэллам выходит из себя, был позапрошлой ночью – когда Оливер Касл меня лапал. Так что это больная тема, и мне не очень-то хочется ее поднимать. Особенно когда мы так хорошо работаем вместе.

Прежде чем я успеваю начать, Кэллам говорит:"

"– Мы нашли одного из стрелков. Впрочем, это не Мясник. Твои братья считают, что мы должны разгромить казино Зайца сегодня вечером. Попробуем выманить его.

– Ты собираешься с ними?

Пересилив себя, Кэллам отвечает:

– Да. И ты тоже можешь поехать. Если хочешь.

Я вижу, что он совершенно точно этого не хочет, но предлагает мне, не дожидаясь, пока я начну настаивать.

Теперь я точно не хочу рассказывать ему про Оливера.

Вместо этого говорю:

– Я хочу поехать.

Кэллам выглядит слегка огорченным, но не берет свои слова назад.

Забавно, что он пригласил меня в библиотеку. Я не бывала здесь с той самой первой ночи нашей встречи.

Восстановленный портрет его прапра- сколько там еще – прабабушки снова висит над каминной полкой. Каретные и песочные часы тоже на месте. Нет только карманных часов.

Кэллам уже знает, на что я смотрю.

– Карманные часы были моими, каретные принадлежат Рионе, а песочные – Нессе, – говорит он.

– Что они символизировали? – спрашиваю я, не уверенная, что хочу знать ответ.

– Мой дедушка передал их нам, когда мы родились. Он сказал: «Время – все, что у нас есть».

– Вы с ним были близки?

– Да, – кивает Кэллам. – Ближе, чем с кем-либо.

Твою мать, я чувствую себя виноватой. На хрена я схватила эти гребаные часы? Если бы я не трогала их… Пожалуй, я бы сейчас здесь не стояла. И не смотрела бы на тонкое красивое лицо Кэллама.

– Мне… мне жаль. Прости.

Кэллам качает головой, словно он уже забыл, что потерял.

– Все в прошлом, Аида. Давай сосредоточимся на сегодняшней ночи.

Кэллам

С тех пор как мы начали охоту на Мясника, должен признать, я чертовски рад, что братья Аиды на моей стороне. Мой отец прав – я был слишком заносчив, слишком самоуверен в нашем превосходстве. Я разрываюсь, пытаясь одновременно заключать сделки, обеспечивать голоса и накрывать Зайца.

Забавно, но иметь в своей команде Аиду мне тоже по душе.