Сообразив, что уменьшившийся великан теперь точно меня не увидит с такого расстояния, я бросился к приметным скалам, у которых меня ждала Зайка. По прямой не бежал, осторожности ради огибал холмы змейкой. Пусть путь длиньше, зато понизу весь. Даже, если опять Рыжий вырастет, разглядеть меня издали не сумеет.

Зайка умница – дождалась. Выскочила из-за камня навстречу и взволнованно что-то щебечет на своём языке. Надо нашему её учить побыстрее, а то нескольких слов, что уже понимает, недостаточно для нормального разговора. В лоб мне тычет – понятно. Это мелкая мой новый луч разглядела.

– Рижи?

– Нет его больше. Ходоком стал. Дальше сами пойдём.

Говоря это, лицедеем попутно кривлялся. Ходока изобразил, махнув рукой вверх – мол, огромный. Кажись, поняла. Принялась озираться встревоженно.

– Далеко он, – успокоил я Зайку. – Ушёл. Повезло нам."

"Хотя, «повезло» – то, конечно, брехня. Без Рыжего мы теперь для любой хищной твари добыча. Из оружия – только руки, да камни, которые можно поднять и швырнуть. Полезных вещей тоже нет никаких. Даже воду набрать теперь не во что. Куда мы такие теперь? Единственное, что приходит на ум – искать, либо родичей Зайки, либо, что даже лучше, уже доказавших свою безотказность массахов.

Зверолюды помогут. Найдём кошаков и гостить в гнезде будем, пока кто-то из людей не объявится.

Вдруг, свезёт, и из наших кого-нибудь встретим? Но и прочий любой человек подойдёт. Сушь такая – тут нашему брату нужно друг друга держаться, зверя бить сообща, вместе в Бездну ходить. Всё командой, всё дружно. Иначе конец.

Рыжий Йок, вот, не понял в чём суть испытания, что досталось нам в этой норе, а я так это вижу: людям, чтобы здесь выжить, надо дуть в одну дудку.

Двое в Бездну идут, трое, четверо, пятеро – только в общую сторону нужно телегу толкать. Если кто на себя одеяло потянет, то тут, либо один он с лучом из всей группы останется, либо, и вообще все, с ним до кучи, ходоками обратно вернутся. Не про борьбу меж собой оно здесь, а про слаженность, про доверие, про помощь друг другу. Не для того Путь проложен Единым, чтобы идти по нему, плечами толкаясь.

В общем, ищем массахов. Зайке кое-как объяснил, в чём наш план. Ей несильно он нравится – видать, кошаки с её племенем не особо дружны – но выбора нет.

Я в который уже раз убеждаюсь, что тушкатке идти больше некуда. Предложил отыскать её дом. Поняла, головой замотала, и личико грустное-грустное. Снова стала показывать волка с большими зубами при помощи растопыренных пальцев. Значит, всё-таки съели родню её. Грустно. Подруга моя по несчастью – сиротка. Идём к кошакам.

Беда только в том, что гнезда Шикаша мне уже не найти. Далеко ушли слишком. Сложно будет вернуться. Проще новое теперь отыскать. То есть новых массахов.