Как побить себя дал? До последнего верил, что притворяешься. Думал, показать хочешь, как нелегко победа далась. Когда кости хрустнули, почём зря тебя клял. Испугался так, что едва в Моху тебя не отправил. Но тут уже ему повезло, что не вышло. Я пытался. Сгинул бы хороший мужик ни за что ни про что.

Выплеснул, что накопилось — аж полегчало сразу. Жалко, что мы с Ло не можем без слов общаться. Читали бы мы с бесом мысли друг друга, стольких бы проблем и ошибок избегать получалось бы.

— Твой хороший мужик даром пользовался. Жулик он. Иначе бы ему в поединке не победить. Наперёд всё видел и знал.

Надо нам на будущее секретное слово придумать, чтобы я всегда мог незаметно для других тебя вызвать. К примеру, вместо того, чтобы орать: “Китар, помоги!”, сказал: “да уж” или как-нибудь по-особому фыркнул, и ты сразу знаешь, что нужно являться и дар свой использовать.

— Чихнуть можно, — предложил я. — Вот Моха… Ну гад. А я ещё радовался, что обошлись без захвата.

— Договорились про чих. Впредь используем. Что сразу в Моху меня не отправил — разумно. Нам нужны были в первую очередь знания этого человека, а не его тело.

Захват был крайним вариантом. А вот вызов на поединок — хорошее решение. За это хвалю. Но в дальнейшем, прошу, воздержись от непрошенной помощи.

И ведь тоном таким произнёс… Гад умелый. Сразу сделалось стыдно. Не зажал бы то золото, тихо-мирно прошло бы всё. Тут Ло прав — на везении выскочили.

— Ладно. Впредь постараюсь не лезть, — вздохнул я. — Давай спать. Позову, когда снова понадобишься. Дай Единый, не скоро. Здесь, на Фате, дела сплошь мои."

"И, не дав Ло ответить, перевернулся на бок и закрыл глаза. Остров мирный — опасностей быть не должно, а с делами семейными я уж как-нибудь справлюсь без беса.

Зевнул и перенёсся мыслями к названым братишкам, сестрёнкам. Всё у них хорошо — я уверен. Повидаюсь, подкину Вейке приданного, попрощаюсь — и по зиме в путь обратный. Напоследок, хоть месяц-другой мирной жизнью счастливой пожить. Подустал я от всех этих подвигов.

* * *— Йок-перейок! Ты?! Не верю!

Вошедший в дом старосты Брант так и рухнул на лавку. Двух минут не прошло, как я, ссаженный поехавшим дальше купцом, заглянул к поселковому голове, чтобы справиться про своих, как судьба привела ко мне нужного человека.

Вот, кто всё мне расскажет, а то дед, не удравший от старости и потому, видать, вредный, сходу принялся нападать. Решил, я из города прибыл — сманить у них лекаря. Мол, одет не по-нашенски и говор чудной. Упирается. Ничего не сказал пока толком.

— Я, Брант. Я. Тоже рад тебя видеть.

Ожил. Встал. Полез обниматься. Довольный, аж светится.

— Уж не думал, что снова увижу. Мы тебя уже проводили к Единому. Как спастись смог? Как здесь оказался?

— Давай всё потом. Это — долгая песня.