Здесь охотников край, и народ живёт небольшими посёлками по несколько сотен человек в каждом.

На восходной же части степная равнина. Там уже города с хуторами. Землепашцы на Фате в почёте. Хлеб повсюду в достатке. Не то, что у нас. А всё дело в разумности местных властей. Остров полностью очищен от хортов. Нет, какие-то мелкие гнёзда в глубине лесов вроде есть, но недочеловеков мохнатых так тщательно бьют, что те не успевают плодиться. Нет нашествий здесь вовсе. Оттого, и урожай собирается добрый, и нет надобности в стенах больших. Как в империи прямо, где тоже хорт выбит.

Это всё мне уже не Моха поведал, а староста местный, который мне за золотой справил бумагу, дающую право год с этого дня находиться на Фате. За это время, если навсегда здесь остаться хочу, я должен в Стольграде — главный город на острове, где совет выборных заседает и Ярл обретается — уже новую грамоту получить. Там, вроде бы, и без денег можно, если полезным и нужным признают.

Сам же Моха со своими, едва сойдя с корабля, сразу же отправился дальше. Их посёлок всего в дне пути. Завтра к вечеру хотят уже дома быть. Меня звал с собой, но я отказался.

Тут нашим дорогам настала пора разойтись. Не хочу, чтобы знали ватажники, кого я разыскиваю. Дальше и сам разберусь, что куда.

Тот посёлок, куда нас корабль привёз окружает забор в две сажени всего высотой. И то несколько дворов за него выбрались и особняком стоят со своею отдельной оградой. Дома сплошь добротные. Никаких тебе землянок — лишь избы из сруба. Повсюду постройки из досок попроще — сараи, коптильни, сушильни. Здесь промысел больше приморский. Прибрежные скалы облюбовали ластоногие котики, и другая родня их встречается. Народ приноровился добывать морского зверя.

Торгуют с соседями жиром и шкурами.

С одним из приехавших за подобным товаром купцов я поутру и отбываю отсюда. Договорился уже. Ему посёлок, где Рабаня живёт, по пути. А судя по слухам — точно староста, к сожалению, не знает — прибывший на остров с туманником лекарь поселился как раз-таки там. Несколько дней — и увижу своих. А пока хоть посплю в коем веке на нормальной кровати. Выкупил себе комнату для ночлега в гостевом доме. Заодно и с Ло пообщаемся, а то с прошлого раза возможности не было даже словом обмолвиться.

— Как тебе переправа? — обратился я к бесу, как только, вернувшись с помывки, завалился на чистую, пахнущую мыльным камнем кровать. — Или бесам неведом страх?

— Я не бес, — ожидаемо нахмурился Ло. — Скажи лучше, когда ты перестанешь влезать в то, чем занимаюсь я. Переговоры с командиром фатоев были доверены мне. Повезло, что закончилось так, как закончилось, но заслуга здесь только удачи.

— Ой, не надо, — возмутился я. — Удача — это, если бы он с Рабаней не враждовал. Тут уже неудача скорее. За собой следи лучше.