Хлопок спущенной тетивы — и раненый арбалетчик охает, выпуская оружие из рук, и хватается за бок, где засела стрела мальчишки.

— Даю полминуты на подумать! Всё ценное, что есть при обозе, ваше! Мне нужен только мальчишка!

И в этот раз уже никто не пытается высмотреть в лесу орущего. Народ слишком напуган. Пятнадцать минут назад их было больше семи десятков хорошо вооружённых, уверенных в себе воинов при двух одарённых. Теперь за повозками прячется всего пара дюжин не знающих, что делать, трясущихся от страха трусов. А вокруг россыпью расчленённые даром Китара тела их товарищей и приятелей, стонущие раненые, хрипящие умирающие, лужи крови, отсечённые конечности и трупы, трупы, трупы… Много трупов, среди которых в том числе и погибший хозяин.

За кого умирать? За чванливого мальчишку? Я знал, что они сейчас выберут. Китар посрамил меня.

— Куда?!

— Пусти?!

— Сбежать думал?! А мы?!

Из-за борта повозки видно, как пытавшегося забраться на привязанную у края лагеря лошадь Якова, сдёргивает на землю сразу несколько человек.

— Куньи отродья! Трусливая падаль! Мрази!

Громкая затрещина обрывает поток ругательств. Мальчишке затыкают рот тряпкой и принимаются спешно обматывать его верёвками.

— Эй! Ваша Милость! По рукам! Сейчас будет!

Короткая потасовка — и ещё кто-то чересчур верный слову или контракту падает с перерезанным горлом. Вопрос решён окончательно.

— Затащите его в лес на пару дюжин шагов и оставьте! — приказывает снова перебежавший на новое место Китар. — И мои мечи прихватите! Те, которыми Никодим дрался!

Он услышан. Инициативная группа проносит между повозок извивающегося мальчишку и углубляется в лес. Смотрим за ними, спрятавшись за сосну.

Стрела на тетиве. Но никакого подвоха здесь нет. Отсчитали шаги, бросили тело на землю, положили рядом мечи. Молодцы! Даже ножны сняли с пояса трупа.

— Ваша Милость! Готово! Уходим!

Дождавшись, когда дружинники вернутся на тракт, Китар выскакивает из укрытия и подбегает к гусеницей дрыгающемуся на земле пленнику. Вот и поменялись местами.

— Принял! — орёт мальчишка. — Свободны! Род Соболевских вам мстить не будет! Жизнь куплена честно!

И всё. Ни боя, ни риска, ни моей помощи. Китар добился своего сам. Причём, очень легко. Весомый аргумент, к сожалению, не в мою пользу в предстоящих переговорах.

Будет сложно теперь не прогнуться, но путь его безотказного слуги себя исчерпал. Если я не могу удержать власть над телом — а переход из пояса в пояс доказал это окончательно и бесповоротно — то терпеть и ждать подавления личности носителя смысла нет. Только взаимовыгодное партнёрство по моим правилам. Иначе нас ждёт тупик, меня поражение, а человечество гибель."

"— Вот видишь, Ло, — ухмыляется Китар, взваливая пленника на плечо. — Не так уж это было и сложно.