— Что ж… — мужчина сжал свои огромные кулаки. — Если война, то мы подождем. Пока…

Петр Аркадьевич Столыпин разжал ладони и, словно ничего не случилось, снова погрузился в чтение взятых с собой документов.

Йончон, 21 января 1905 года

Семен Михайлович Буденный вывел 3-й броневой полк к Йончону с опозданием в 6 часов.

— Потери на переходе? — уточнил он у приданного ему от штаба корпуса Ганса Брюммера.

— Четыре перегрева двигателя… — начал тот.

— Зимой? Перегрев? — нахмурился Буденный.

— Переход долгий, качество моторов разное, — штабист только руками развел. — Да и топливо! Наши интенданты землю роют, проверяя качество каждой поставки, но за всем не уследишь.

— Номера партий записать, по возвращении передать Огинскому. Пусть вздернет, если кто только посмел руку нагреть! — Семен немного успокоился. — Дальше.

— Две трансмиссии разлетелись из-за качества стали. По предварительной оценке, не выжгли какие-то примеси, и…

— Дальше.

— Шесть обрывов приводных цепей, один треснувший вал. У новых бензиновых еще двенадцать засорившихся карбюраторов.

— Все?

— Разведка неправильно посчитала уклон дороги на пути 7-го и 12-го отделений, они застряли. Не хватило крутящего момента, просто чтобы забраться в гору. А офицеры вовремя не заметили, и броневики по пузо закопались в землю.

Семену захотелось выругаться: восемнадцать машин в минусе всего за сутки, а они еще даже сражаться не начали. Хорошо, что они это учитывали. Вячеслав Григорьевич с самого начала взял на контроль, и у Буденного в батальонах еще третьи боевые роты были не до конца сформированы, а ремонтно-саперные уже получили полный штат и чуть ли не первыми начали боевое слаживание.

И вот — не зря! Именно благодаря этой предусмотрительности уже завтра потерянные машины снова будут в строю. Отставшие догонят, сломавшихся подтащат специальные тягачи и приведут в порядок.

Так что нечего волноваться. Главное, Буденный точно знал, на что может рассчитывать, и пусть у врага было численное превосходство, он не сомневался, что может победить. Вперед тем временем выдвинулась 1-я рота. Несмотря на красивый номер, в ней были самые старые машины, собранные еще до Квантуна. Медленные, они тем не менее могли создать иллюзию главного удара, особенно с учетом присоединившегося к 3-му Броневому музыкантов.

Вообще, капельмейстер Доронин должен был держаться со 2-й дивизией Мелехова, но тут лично попросился в атаку, и Буденный не стал отказывать. На броню закинули весь их скарб: барабаны, трубы, кларнеты, литавры и даже один фагот. Сам же капельмейстер Доронин со своими музыкантами пошел с обычной пехотой. Их, конечно, не нагружали ничем лишним, но и так марш-бросок почти на семьдесят километров мог вымотать любого.