Мир рушится, страны пробуют себя в самых разных конфигурациях — не так важно, когда будет война, не так важно, кто и на чьей стороне окажется, но, черт побери, Штаты опять каким-то образом оказываются на почтительном расстоянии. И что тогда? Чего бы я ни добился… Сколько бы жизней ни спасли новые стратегии и тактики, но что будет ждать мир, если все опять закончится тем же, что и в моей истории, когда кто-то сумеет отсидеться в стороне и собрать себе все лавры?

Бесит!

Но что я могу сделать?

Глава 25

Несколько строк из столичной газеты.

Арестантка Беклемишева была убита на подъезде к Санкт-Петербургу. Неизвестный, невысокого роста и хрупкого телосложения, проник в поезд через окно, обманув жандармов, и убил террористку выстрелом в сердце. Пассажиры из соседних вагонов рассказали, что как раз в это время слышали через стену разговор. Целиком его было не разобрать, но слова про мужчину и месть запомнились многим. Предварительная версия: убийство на почве ревности, никак не связанное с основными обвинениями…

— Так ей и надо! — сурово сказал Буденный и поморщился. — Мало, что у нас тут хотела устроить, так еще и у себя, оказывается, успела дел натворить. От судьбы не убежишь.

Еще несколько офицеров, окруживших столик с газетами и обсуждающих последние новости, согласно закивали. Другая группа, собравшаяся подле вернувшейся из Японии Казуэ, с удовольствием погружалась в мир красочных сплетен о своих недавних врагах. Третий большой островок образовался вокруг наших и столичных ученых, и там сейчас Жуковский рассказывал всем свои впечатления о посещении башни связи.

Он, кстати, и мне уже успел занести свой доклад, в котором предлагал использовать наши вышки для пеленга будущих самолетов. Он вообще изначально замахивался на полноценное определение координат, но нам просто не хватало для этого точности существующих приборов. А вот направленная антенна и возможность вести на ее сигнал хоть самолеты, хоть корабли, хоть пехоту — это можно было сделать за считанные недели.

Впрочем, сегодня мы собрались не за этим.

— Господа, — я поднял свой бокал, и все остальные разговоры тут же начали затихать. — Сегодня мы получили телеграммы из Лондона, Парижа и Вены, так что позвольте поздравить вас с первыми победами в битвах за людские умы!

Часть людей сразу довольно закричали «ура» — некоторые уже зная в чем дело, другие просто за компанию. А кто-то просто стоял и растерянно переводил взгляды друг на друга, и те, кто был в курсе, тут же принялись им объяснять.

— Мы же ведем радиотрансляции каждый день. А они просят нас остановиться.

— Но почему? Я слушал, и там нет ничего криминального. Даже удивлялся, почему Джек Лондон просто рассказывает о России, и все.

— Скажу честно, уже одного этого было бы немало.