Явно спор там у них. Наверное, утренний разговор продолжают. А вот Гуря с Никитой и Рохусом пока нет. Как и Зайки не видно. Небось, снова по соседним низинам корешки собирает. Малая у нас та ещё добытчица. И себя сама кормит, и нас понемногу подкармливает.

Всё, заметили нас. Хэл машет рукой, прося поторопиться. У меня сразу ёкнуло сердце — неужели, последнюю нору нашли? Бежим вниз. Но блондинистый предз сходу портит мне поднявшееся было настроение. Сначала своим хмурым видом, а потом и словами.

— Беда у нас, — вздыхает Хэл. — Без сторожа остались.

— Что с Зайкой⁈ — мгновенно понимаю я, о ком речь.

— Родня увела, — разводит Дрог руки. — Боюсь, что силком.

— Да силком, силком. Тут без вариков, — бурчит Дерман. — Малая бы вернулась, кабы у неё на то воля была. Да хоть, чтобы с тобой попрощаться. Она так и сказала, что быстро. Мол, сбегает к своим поболтать — и сразу обратно.

— Когда? Где? Рассказывайте! — опережает меня Бон.

Как же так… Злость, обида, страх — всё обрушилось разом. Какая родня… У сиротки? Скорее уж, родичи. Но, что теперь делать? Бежать, искать…

— Давно было. Ещё до жары, — принимается рассказывать Дерман.

— Услыхала своих и такая: тушкаты! «Далеко?» — спрашиваю. «Пара вёрст» — говорит.

— Мы её не хотели пускать, — перебивает бровястого Дрог.

— Ага, как ты её не пустишь? — продолжает Дерман. — Сказала, что скоро вернётся, что ей парой слов перекинуться только — и на ногу. Мне ушастую догнать не по силам. Не в спину же ей было стрелять?

— В какую сторону⁈ — возвращается ко мне дар речи.

— Остынь, — кладёт мне на плечо свою тяжёлую руку Бон. — Поздно дёргаться. Уже далеко увели.

— Мы найдём! — не желаю я слышать поганую правду. — По следам!

И у самого тут же мысль: «Какие следы? Не на этой каменистой дубовой земле.

»

— Брось, пацан, — кривится Хэл. — Человеку тушката возможно найти, если только ему сам тушкат то позволит. У хвостатых такое бывает. Украли девчонку. Теперь в новую семью невестой войдёт. Забудь. Дальше сами. Просрали мы сторожа.

Грусть, печаль… Сердце давит тоска. Кому сторож, а кому Зайка другом была. Но правы мужики — йока с два теперь мелкую выручишь. Тут свою звезду-нору не можешь найти, а ведь та здоровенная. Попробуй в этих бесконечных холмах отыщи маленькую норку тушкатов, когда те в неё ещё и вход прячут.

Тем более, что сородичи Шуши, которые Зайку забрали, ясен-красен не из этих краёв. Все окрестности лагеря мы на много вёрст вокруг обходили. Какие-то залётные выследили.

— Да не кручинься ты так, — похлопывает меня Бон по спине. — Зайке твоей так оно даже лучше. Что ей при людях торчать? Своей жизнью тушкатской жить надо. Держи нос бодрее.

И ведь прав дядька. Чего это я? Сам же по первой Зайку к каким-нибудь её сородичам пристроить хотел. Гад ты, Китя — не о подруге думаешь, а о себе.