Легковушки тут же испуганно расступаются в стороны – не дай Сварог, смяться в лепешку об широченный, явно бронированный кузов под стать автобусу или грузовику.

– Для больших людей, как вы, леди, это неважно, – отмахиваюсь.

– Значит, важно, кто вас послал и чего он хочет, – на лице Сербины больше нет и тени улыбки.

Моя же любезная улыбка не меркнет. Главное, строить из себя уверенного типа и выудить как можно больше информации.

– Думаю, вы догадываетесь, кто.

– Допустим, – соглашается ангел.

– Что же насчет второго вопроса: он хочет знать, «что делают ангелы в России», – теперь и я не улыбаюсь.

Молчание повисает в салоне, и я понимаю: больше мне не предстанет момента убить Сербину. Так близко к ней впредь меня не подпустят. Почему раздумываю именно убить? Потому что я боюсь, безумно боюсь, что Страшное вторжение произойдет и в этом мире. Боюсь, что ангелы как-то связаны с приходом орд тварей. Еще в отрогах Эразина мы с демониками в последний раз совещались, склонившись над картой горной местности. Обсуждали позиции и маршруты перед битвой с тираназами. Когда все уяснили свои роли – самоубийственные, без шанса выжить – и разошлись по палаткам, я один остался в главном шатре.

Сербина снова явилась ко мне, снова пророчила мне стать царем мира, снова соблазняла и предлагала возлечь с ней. А я снова отказался. От секса и от трона. Человечеству не нужен пастырь, сказал я. Мне же требуется эта ночь для последней закалки фракталов, так что в другой раз, пернатая, извини. Расстроенная Сербина, уронив слезу на карту, взмахнула крыльями и упорхнула в ночь.

А на следующий день меня не стало. По непонятным причинам. Не странно ли?

Но доказательств нет, нельзя обрывать чужие жизни из одних лишь подозрений.

– Простите, ваш хозяин этого никогда не узнает, – Сербина вынимает руку из сумочки и пускает мне в грудь две пули из семизарядной «беретты». Грохот выстрелов сотрясает лимузин.

Кровь выступает между моими губами, тело, отброшенное назад, застывает на спинке сиденья. Печальный взгляд Сербины не отпускает мои остекленевшие глаза.

– Совсем еще молодой, – вздыхает она.

– Вся жизнь впереди, – вдруг киваю я и выбиваю ударом ноги ствол из рук Сербины.

Следом правой вполсилы двигаю ей под дых. Ангел вскрикивает от боли и тут же валится на пол.

– Миледи! – слышу ор шофера.

Хватаю пистолет и пускаю ему пули в затылок. Вдруг получится. Ай нет – доспех уже надет. Свинец рикошетит и разбивает лобовое и приборную панель.

Резко лимузин дергает в сторону, шофер взмахивает на меня кулаком. Использует дальнобойную технику. Едва успеваю отшатнуться от синего столба света. Вместо меня достается крыше – карпетовая обшивка и металл за ней разлетаются на куски.