– Бесонов. – И всё: отворачивается, вышагивает назад за дверь. Ишь деловой выискался. Или словарного запаса не хватает?

Не двигаюсь с места. Все ученики на меня оглядываются, даже Журавлева. Не обращаю внимания – решаю уравнение, высунув кончик языка. Какая формула у дискриминанта? Черт, не помню. Где моя шпаргалка?

– Артем, тебя звали, – говорит препод.

– Я слышал, учитель. Слышал свою фамилию и больше ничего. А вы?

– Ну, в общем-то ты прав, – после паузы соглашается преподаватель.

Тут же врывается безопасник, краснощекий и успевший выучить два новых слова:

– Бесонов, за мной!

Делать нечего, встаю, тащусь следом.

Опять допрос с потеющим Минаевым, что же еще.

Не угадал. В административном корпусе меня заводят к совсем другому экзекутору. С более приятным запахом.

– Привет, юный Кмет, – растягивает губы в лучезарной улыбке София Бородова.

В любой другой день я растаял бы от ее сияния, честно, но сегодня лень. Все утро мне улыбались, стреляли глазками, терлись сиськами, задами качали. У меня перелимит женщин. Поэтому просто сдержанно киваю.

– Ваше сиятельство, чем обязан вашему вниманию?

Улыбка барышни чуть гаснет, словно она замечает мое пренебрежение ее красотой.

– Вас сильно мучают в лицее? – ищет она разгадку в моих уставших глазах. – Слишком большие нагрузки?

– Даже не поверите, насколько! – искренне говорю, вспоминая заваливающих вниманием учениц. – Сегодня казалось, что меня хотят разорвать на части.

– Бедный Кмет, – она протягивает руку и хочет коснуться моей щеки.

Внутри меня будто звериная чуйка срабатывает. «Не трогай ее!» – в ушах звенит голос Белоснежки. Отступаю на шаг, и пальцы Софии повисают в воздухе.

– Вот как? – изгибает княжна одну бровь.

Мне хочется матернуться. Белоснежка уже в голове сидит. Уже командует мной. Дожил – всё из-за ее борзометра. На следующей игре надо ее хорошо отшлепать. А то еще немного в таком же темпе, и станет за счастье подыгрывать ей в «госпожу и простолюдина».

Так, живо реабилитируемся. Нет, не в глазах княжны – в первую очередь, в своих.

– Да, именно так, – беру Софию за все еще вытянутую руку и не отпускаю. – Бедный разве что мошной. Но вы же позвали меня не рубль одолжить?

Она легонько пытается освободиться.

Не отпускаю, будто не замечая. Сама руку сунула – терпи теперь. Не только же мне страдать, княжна. Дураку понятно – вы с Минаевым в «плохой/хороший коп» играете. Либо даже вашего батюшку заинтересовал, что не лучше.

– У меня тренировка скоро, – замечаю, поглаживая большим пальцем бархатную кожу княжеской ладошки."

"От такой фривольности София сужает золотые глаза.

– Руководство лицея волнуется за тебя, Артем.

Ну-ну, заливай дальше, а я пока тебе запястье почешу. Позлю малек.