Он никого не ждал, ни с кем о встрече не договаривался, до схода дольщиков, трансперсональных «родственников» Эблиссона, проживающих в других изонамберах, было ещё как минимум полмесяца, а глава службы специального назначения должен был за три дня устранить кое-какие недочёты своего ведомства по части ликвидации конкурентов.

Эблиссон отставил длинный бокал зеленоватого стекла, в котором пенился белый глюкер, открыл сознание:

«Кто здесь?»

«Разреши? — раздался энергичный мыслетенор «родственника» из сто одиннадцатого изонамбера; он был моложе Эблиссона на шесть лет, но зачастую поступал, в силу характера, как неопытный малец, жаждущий получить всё и сразу. В своей числореальности его звали Джейсон Вротшильд, и был он там самым богатым человеком планеты. — Не помешал?»

«Всё равно не отстанешь, заходи», — по-барски разрешил Эблиссон.

К Вротшильду он относился как старший брат к младшему, прощая ему многие шалости.

«Это и есть наша машина прорыва?» — продолжал гость.

Эблиссон понял, что речь идёт о меркабе, на которую в данный момент смотрел он сам.

«Можно подумать, у вас она не такая».

«Ваша белее. Запускал?»

«Тестировал».

«Я тоже, работает как волшебная дубина. С её помощью я даже развалил свой ломберный столик».

«Собрал?»

Джейсон сконфузился.

«Не получилось. Всё-таки наша энергетика слабее вашей. — Он вдруг загорелся. — А давай попробуем рвануть во второй изонамбер, к твоему предку?»

«Он не предок, а основатель рода. Не стоит экспериментировать, не хватит глубины пробоя».

«Кто тебе это говорил? Тот, кто проверял?»

Эблиссон не сразу нашёлся, что сказать в ответ. Действительно, включиться в линию связи меркаб и прорваться в изонамбер-2 они не пробовали, из рассуждений учёных, изучавших числонавтику и неудачи с двумя первыми попытками прорыва, следовало, что для этого потребуется построение канала по меньшей мере из двадцати двух меркаб. У них же на сегодняшний день были смонтированы всего восемнадцать. Три достраивались в изонамберах первой сотни и первой тысячи числореальностей, одна находилась во второй, и её ещё надо было найти.

«Не стоит экспериментировать», — повторил Эблиссон.

Однако Вротшильд был настойчив.

«Да мы только настроим систему, ничего плохого не произойдёт».

Эблиссон заколебался. Он был главным Администратором проекта и очень не хотел зависеть от «родственников» из других изонамберов, образующих линию Владык. Не они должны были командовать парадом, а он!

«Не хочется собирать остальных…»

«Я был у четверых, Раим, Локки, Никсон и Роб могут подключиться в любой момент. Плюс я, плюс ты. Шесть модулей! Не пробьёмся, — Джейсон хихикнул, — так хоть согреемся».

«Тебе захотелось поиграться?»"

"«Весь мир — театр, а люди в нём актёры. Спецслужбы — зрители.