— Травяные сборы имеются, — огладил гладкий подбородок Николай Кузьмич, — очищающий на расторопше, для поддержания иммунитета и при слабости — на семи травах. Могу заварить, если надобно."

"— Очень даже надобно, — обрадовалась Варвара. — Покажете — где что, мы сами заварим.

— Не, это я сам, тут порядок заварки нужен. Сёдня я дома, а завтреча на пару деньков в лес пойду, на дальнюю делянку, там просеку через бор хотят пробивать, для ЛЭП. Придётся вам без меня управляться.

— Управимся, — улыбнулась Варвара.

— У меня в погребе засолы стоят в бочках, грибочки там, капустка, ягодки, так вы пользуйтесь.

— Спасибо, Николай Кузьмич, в долгу не останемся.

— Да рази в долге дело. А вот за хлебом или чего ещё в райцентр надо ехать, в Бийск, или в Ягодный, посёлок тут недалече, верстах в двенадцати.

— Разберёмся, отец.

Серафим и Андрей уехали в тот же день, к вечеру, убедившись, что переселенцы устроены.

Лесник же действительно ранним утром оседлал свой квадроцикл, который ему выдали в лесничестве, и увёз собаку — сибирскую лайку Альму, которая представляла собой весь живой уголок лесника. Поскольку работа не оставляла ему много свободного времени, он домашнюю живность — корову, поросят, кур — и не заводил.

Таким образом, на второй день после бегства из Бийска, а так оно и было на самом деле, Саблины и их подопечные остались одни, не считая Паши, который рьяно принялся исполнять обязанности охранника. Он обошёл хутор, осмотрел все подъезды к нему и к дому лесника, стоявшему на самом краю селения, почти в лесу, и принялся укреплять ветхий забор усадьбы, отгораживающий дом от улицы и от соснового, с редкими берёзами, леса.

О своём обещании навещать «брата» из сорок четвёртого превалитета Данимир помнил, но события не позволяли ему отвлекаться, и лишь наутро семнадцатого июля, после отъезда лесника, он наконец смог добраться до Даныбая Шаблюки.

«А я принял вас за серьёзных людей, — с деланым сожалением отозвался снайпер после того, как Данимир поздоровался. — Или что-то случилось?»

Саблин смутился и разозлился одновременно, понимая, что виноват.

«Разве мой братец не заходил?»

«Ты первый».

«У нас… форс-мажоры».

«В принципе я это понял, — подобрел снайпер, — так что не обижаюсь. У нас тоже не сладко, сидим ждём спасателей».

«Кого?»

«Миранда дозвонился до отца, тот послал подлодку, будет у нас через пять… нет, уже через четыре часа».

«Давай подробнее».

Даныбай, прогуливающийся в этот момент в шортах и расстёгнутой рубашке по нижней палубе отеля, удалился от пленэра вдоль борта одного из корпусов и рассказал о происходящих в отеле событиях.

«Слава богу, что у вас затишье, — вздохнул с облегчением Данимир.