Он всегда обжирался, когда волновался.

— Говорят, запустили огромные валуны, — ответил ему Строганов, которому от волнения и кусок в горло не лез.

— Но стены же покрыты маголитом? — удивилась Виолетта.

— Верно. Только маголит защищает от магических атак, а это была вполне физическая глыба, — пожал плечами Строганов.

Со стороны стены доносились звуки боя. Работали осадные орудия на башнях, рокотали турели и бог знает чего еще.

— Миша, надо поесть. Иначе тело будет хуже функционировать, — попросила меня Лора.

Ага, и в животе, как будто по команде, заурчало на всю столовку. Вы чего сегодня все сговорились?

Взяв пару тарелок с жаркое, я пустился опустошать порцию и запивать пузатой кружкой сока.

— Кузнецов… — раздался женский голос за спиной, не успел я съесть и половину.

Да что ж такое⁈ Всем нужен этот Кузнецов! Покоя не дают.

Оглянувшись, я увидел ту стерву, с которой поцапался в первый же день в КИИМе. Вика, подружка Арнольда.

— Ого, какие люди! — улыбнулся я и слегка поклонился. — С чем пожаловали?

Но она не стала грубить в ответ и залилась краской:

— Я хотела извиниться за прошлый раз… И спасибо, что спас Арнольда.

Нихера себе.

— Извинения не принимаются! — запротестовала Лора, появляясь сбоку от девахи и давая его виртуальный подзатыльник.

— Принимается, — улыбнулся я и отвернулся, намереваясь продолжить прерванный обед. Но девушка не уходила:

— Арнольд сказал, ты очень хорошо сражаешься…

— Ему виднее, — пожал я плечами. — Он-то рубака хоть куда. Так размахивает своим топором, что ни своим, ни чужим спуску не даст.

— Если тебе и твоему роду понадобиться помощь, обращайся, — неловко сказала она и протянула визитку, на которой красовалась позолоченная надпись ' Виктория Потемкина'.

— И чем же ты можешь помочь? — спросил я, спрятав не глядя визитку в нагрудный карман.

— Мой отец граф Потемкин. — с этими словами она гордо посмотрела мне в глаза, но тут же отвернулась. — В общем, влияние имеет.

— Хорошо, спасибо большое, — поклонился я и уткнулся в тарелку.

Она улыбнулась напоследок и отошла.

Закончив с едой, я убрал посуду и вернулся к товарищам.

— И что, мы будем ждать от моря погоды? — Во мне бушевала энергия, мне страшно хотелось куда-то ее выпустить.

— Да куда ты все рвешься? — удивился Дима. — Сиди, отдыхай. Приказ же: ранги ученик и подмастерье и носа не высовывают за стену. Мы там все равно не помощники.

Эх, как бы меня это не бесило, но Бердышев прав. Мы еще слабаки. Ну, ничего. Терпение и труд все перетрут. Сила придет, и тогда мы всем покажем.

Тут у Димы зазвонил телефон.

— Ох, отец… — улыбнулся он и отошел в сторонку.

— Надо бы тоже домой позвонить, — пробубнила Света, доставая свою трубку.