Тетя Ада рассказывала мне по секрету, что мать Руслана сбежала от этого тирана, потому что не выдержала его скверный характер, а мальчика забрать Сергей Борисович просто не дал. И мне сейчас страшно представить, что этот человек вообще когда-нибудь приблизится к моему ребёнку.

- Худовата, надо бы откормить, - заявляет отец Руслана прекратив рассматривать меня.

- Пап, у Саши всё в норме. Проходи, - он легонько подталкивает меня под попу ладонью вынуждая сесть за один стол с этим несносным мужчиной.

И если раньше я думала, что Руслан для меня слишком сложный, то сейчас убеждаюсь в том, что сложный – его отец, а с Зиминым-младшим вполне даже можно мирится и существовать под одной крышей.

- А я говорю худовата! Как в её плоский живот поместится наш крупный богатырь Алёшка?

- Алёшка? – удивляюсь я. – Уверена, что там будет девочка, которую мы назовём Василисой.

Судя по тому как багровеет лицо Зимина-старшего он уже меня невзлюбил, поэтому стараться чтобы угодить ему дальше не вижу смысла.

- Так… ты к нам надолго? - спрашивает Руслан у отца приобнимая меня за плечи.

Его постановочные отношения перед другими, наверное, выглядят вполне естественно, но у меня же они вызывают странные чувства. Дрожь, жар, холод, эйфорию и все это одновременно. Прикосновения Руслана прямо сейчас опекают кожу, а бабочки внизу живота устраивают настоящий бунт пытаясь вырваться наружу. Спокойно, ребята, всё это не на самом деле, поэтому хватит устраивать мне забастовку.

- На неделю, а может и больше, - отвечает невозмутимо Сергей Борисович и отодвигает от себя чашку с недопитым чаем.

- Кто же будет присматривать за твоим огородом? – спрашивает Руслан скорее всего в надежде, что отец передумает.

- Илья Петрович – сосед напротив.

- Депутат Госдумы?? – удивленно спрашивает Зимин.

- А разве он не человек что ли? Петрович тоже любит огород, рыбалку и закатывать соленья. И мы часто делимся друг с другом рецептами.

Что же, кажется первое знакомство закончилось довольно спокойно, хотя я была уверена, что мне не выжить в этом суровом обществе мужчин.

- Можно я пойду к себе? – спрашиваю у Руслана и пытаясь выбраться из-за стола.

- Да, иди, я скоро присоединюсь, - произносит невозмутимо Зимин и я замираю от сковавшего меня ужаса.

Пытаюсь прочитать эмоции у него на лице, но на нем снова непроницаемая маска, сквозь которую невидно ничего, о чем думает этот мужчина.

Ухожу в свою комнату оставляя отца и сына наедине и давая возможность Сергею Борисовичу свыкнуться с тем, что не дородная тётка будет вынашивать ребенка, и даже не глупая наседка, а я – та которой тоже очень нужен этот ребенок. Та, которая уже давно полюбила кроху, которую носит под сердцем, и которая никогда не даст в обиду свою малютку.