Но видимо нам предстоит встретится еще раз.

Не знаю, что приготовила нам Ада, но более чем уверен, что ей захотелось столкнуть нас с Сашкой лбами точно как в детстве.

Лера закидывает на меня свою загорелую ногу и обнимает рукой. - Рус, я опять хочу тебя... - ее губы неспешно касаются виска и шеи, и я вновь завожусь с полуоборота. - Лер, ты никогда не думала о детях? - спрашиваю, уставившись в потолок в то время, как её пальцы смыкаются на твердой плоти и делают плавные движения вверх и вниз. Она тут же осекается. Останавливает движения и кажется превращается в дерево от одного невинного вопроса.

- Ты сейчас серьезно? - Более чем. Нормальный вопрос. Лера садится на кровати в позу лотоса и отрицательно мотает своими рыжими кудрявыми волосами.

- Рус, мне только двадцать пять. Ты помог открыть мне салон красоты, я начала сниматься в кино... Неужели ты думаешь, что сейчас самое время? Нет, ты был бы идеальным человеком, от которого я родила бы после тридцати пяти, но не сейчас. - Я и не предлагал тебе рожать прямо сейчас. Это был не более чем просто вопрос, - усмехаюсь, и достаю из пачки сигарету.

Лера – девочка-однодневка. Одна из многочисленных пустоголовых девиц у которых в голове работает только одна извилина, отвечающая за то, чтобы толщина кошелька не становилась меньше.

Мы сотню раз обговаривали условия наших взаимоотношений – трах, иногда совместные выходы в свет, потом еще раз трах и никаких обязательств. Ничего того, что нарушило бы наши личные границы.

И пока Лера все исправно выполняет, поэтому мне нет смысла менять одну пустышку на другую. Красивая яркая обертка, с которой удобно появляться на людях и с которой мы неплохо проводим время в постели до тех пор, пока она не перейдет рамки.

- Подожди, Зимин! Дай мне время, и я обязательно тебе рожу! - Я не могу и не буду ждать тебя, Лера.

Не собираюсь вдаваться в подробности своих планов, потому что не готов вывалить постороннему человеку свои личные мотивы. Да и кому? Лерке? Я и сам прекрасно воспитаю ребенка, без помощи женщины и на личном примере могу сказать, что это реально. Мой отец воспитал меня в одиночку, потому что мать умерла, когда мне исполнилось два года. Лера негромко хихикает и кажется не верит во всю серьезность моих намерений. Опускается вниз и начинает безустанно работать ртом, пока все мои мысли крутятся в другом направлении.

- Можно я останусь у тебя на ночь? – спрашивает, мурлыча у меня под мышкой после третьего забега.

- Такси уже ждет тебя внизу. И ты знаешь, что нет.

В окне светятся разноцветные огни ночного города. Центр, два часа ночи, а сна ни в одном глазу. Почему-то перед глазами всплывает силуэт мелкой Сашки, и я то и дело представляю какой она стала сейчас.