Пусть сам расскажет об этом!

— Ты мне не веришь? — удивляется Анжела, достаёт из кармана телефон и ставит на воспроизведение видеозапись.

Она сделана несколько лет назад. Но всё сходится. Игральный стол. Блеск софитов и дорогих украшений. Высокие ставки. Рихард, предлагающий отыграться. Егор… Тогда он выглядел гораздо худее и злее, чем сейчас. Черты лица были острыми и ещё более хищными, а глаза горели жутким огнём.

— Поставь что-нибудь ещё. И мы сыграем, — повторяет Рихард. — Самое ценное, что у тебя есть?

Орлов поворачивается к девушке, сидящей слева от него.

Это Елена. Орлов тянется к её правой руке, трогая пальцы, на безымянном красуется обручальное кольцо с огромным бриллиантом.

— Я отыграюсь. Обязательно… — напористо говорит он девушке. Елена открывает рот, чтобы возмутиться, запись обрывается.

Я сглатываю тошнотворный, противный ком, вставший в горле. Неужели Егор был таким?

— Он такой и есть, — со вздохом сообщает Анжела. — Идёт к цели по головам.

— Вернёмся к игре в «Вызов», — напоминаю я."

"— Всё очень просто… Идея сыграть в этот дурацкий «Вызов» принадлежала именно Егору. Он прознал о закрытом клубе, об этой игре с невероятно высокими ставками.

Загорелся этой идеей. Игнат, удивительно дело, решил воздержаться. Егор как-то чересчур насмешливо отозвался о трусости Игната. Тот вспылил и ввязался в эту дурную игру. Результат нам известен. Именно поэтому Егор считает себя виноватым в смерти Игната.

— Но Егор этого не помнит! — возражаю я.

— Учись задавать вопросы правильно, Кирана. Егор не помнит или не хочет помнить?

Глава 55. Кира

Егор не помнит или не хочет помнить?

Я возвращаюсь в свой номер, прокручивая этот вопрос в своей голове.

Он не даёт мне покоя. Я полночи ворочаюсь в отдельной спальне, распинывая одеяло и подушки. Сон не идёт. Орлов не возвращается.

Финита ла комедиа…

Игромания взяла своё. Это же как с наркоманами — бывших не бывает, а тут наркотик похлеще кратковременного кайфа. Победа пьянит тем сильнее, чем чаще чувствуешь её вкус. А по словам Анжелы Егор давно не пробовал этот наркотик на вкус. И, вкусив его снова, сорвался.

Егор появляется под утро, когда начинает светать. Тяжёлые, заплетающиеся шаги. Грохот. Приглушённый мат.

Я встаю и, закутавшись в халат, захожу в его спальню. Егор валяется на кровати, как кусок дерева, и пытается расстегнуть рубашку. Пальцы беспомощно скользят по пуговицам. Меня штормит от омерзения: как он мог так быстро превратиться из сильного мужчины вот в… это тело?

Подхожу к нему ближе. От Орлова разит спиртным, а на рубашке расплылось пятно. Миллиардер замечает меня и виновато улыбается:

— Я отыграюсь. Вот увидишь!

— Что ты проиграл? Надеюсь, не меня на кон поставил?

Орлов садится, немного неуклюже.