Я не помню, как я вышел на них или они вышли на меня. Проверил переписку и все бумаги, планы, ежедневник. Пустота. Видимо, я сам подчищал следы, чтобы родители не узнали или кто-нибудь другой.

— Ты сам уничтожил все хлебные крошки, Гензель.

— Но у меня есть ты и твёрдое желание выяснить всё.

Потом мы засыпаем. Позднее утро, но мы нагло плюём на это и засыпаем, крепко держась друг за друга.

Повторное пробуждение вселяет в меня уверенность, что всё будет хорошо. Егор окружает меня заботой и вниманием. Он умеет быть чутким и показывает это сейчас в полной мере, на пару часов отбросив амплуа циника и мерзавца в дорогом костюме.

Мы обедаем вдвоём, на кухне. Егор отослал прочь прислугу и усадил меня на стол, заставив кормить его с вилки.

— Я должен сказать тебе ещё кое-что…

Я наблюдаю за тем, как его губы осторожно снимаю салат с вилки. Он пережевывает и встаёт, вытирая губы салфеткой.

— Я бы отобедал ещё раз. Тобой, — окидывает меня жарким взглядом, от которого хочется лечь спиной на стол и предложить ему всю себя. Целиком. — Но мне нужно улететь. На неделю.

Он говорит «мне нужно улететь», не включая в это «ты полетишь со мной».

Глава 46. Кира

— Деловая поездка. Минимум встреч. Только офис и скучные столбики цифр, Карамелька. Я не могу взять тебя с собой, — объясняет. — Но я могу сделать так, чтобы ты не скучала без меня. Можешь позвать своих друзей. Водитель, Лео и ещё несколько доверенных лиц будут к твоим услугам. Я перешлю тебе список того, что можно будет рассказывать, если вдруг наткнёшься на журналистов. Но если не захочешь отвечать, дашь знак охране.

Ловит мой вопросительный взгляд, отвечая:"

"— Да, тебя будут охранять. В людных местах ты будешь появляться в сопровождении охраны и команды специалистов.

Если захочешь встретиться с друзьями, лучше пригласи их сюда.

— Пригласить сюда, но не появляться с ними за пределами дома? — уточняю я, отчего-то начиная злиться.

— Да. Если ты засветишь своих друзей, журналисты начнут задавать вопросы и им тоже. Ты можешь гарантировать, что они не сболтнут лишнего? Я — нет, — Егор качает головой. — Я ликвидировал неприятные последствия в виде разговоров с твоими родными. Но прочие несанкционированные контакты могут навредить нашей легенде.

Я слушаю Егора.

Несанкционированные контакты, вред легенде? Каждое его слово больно ранит меня. В особенности, на контрасте с тем, что было недавно. Кажется, что я слишком рано обрадовалась нашей близости.

Я медленно сползаю со стола и поправляю халат.

— Хорошо. Где информация? Та, которую нужно вызубрить на зубок? Скажи, как мы встретились по легенде? Там есть место правде или всё будет так, как выгодно тебе?

Я вылетаю пулей из кухни.

— Кирана! — кричит мне вслед Егор. Потом движется за мной неторопливым, уверенным шагом.