В такие минуты особенно сильно понимаешь значение слов в статьях психолога: «Если ребёнок не хочет общаться со своим родителем, задумайтесь, что такого плохого мог сделать тот самый родитель, что ребёнок не хочет с ним общаться»…"

"Глава 10: Переписка (40)

Олеся

Вечером принимаю ванну, погрузившись в пену, словно она избавит меня от тяжёлых дум и проблем.

Листаю ленту в телефоне и неожиданно получаю уведомление от незнакомого человека.

Открываю и вижу там ник «Мистер Дарси». Усмехаюсь.

Когда-то это было моим любимым произведением. «Гордость и предубеждение». Я мечтала о такой любви.

Но уже в более зрелом возрасте поняла, что больше не хочу эмоциональных горок, хочу спокойной и тихой любви.

Которая у меня всё это время была.

«Никто не может быть безупречен», — в следующее мгновение от этого неизвестного мне приходит сообщение.

Вздрагиваю, потому что это одна из моих любимых цитат Дарси. Кто это? Что он хочет от меня?

«Мы знакомы?» — вопреки тому, что я не общаюсь с незнакомцами, этому я отвечаю. Впервые в жизни.

Незнакомец печатает, и я на мгновение забываю, что я нежусь в ванной. С нетерпением жду ответа.

Волнуюсь. Не могу понять, как и почему незнакомец меня зацепил.

«Я, конечно, не Пётр Первый, но ты вряд ли обо мне забыла», — пишет мужчина, и я на мгновение хмурюсь. Сначала сообщение кажется мне околесицей, а потом до меня доходит.

Пётр нашёл способ со мной связаться?

«Это ты? Это правда ты» — отправляю я ему сообщение, затем вздыхаю. Как же глупо сейчас я, наверное, выгляжу.

«Да. Я больше не могу так. Хотел найти с тобой хоть какой-то способ связи. Как ты? Как протекает беременность»

После этого у меня не возникло никаких сомнений.

Это действительно был он. Как бы больно от осознания нашей разлуки мне ни было.

«Ребёнок в норме, самочувствие у меня тоже хорошее, — пишу я, затем честно признаюсь: — Если не считать того, что любимый мужчина меня предал и ушёл, ничего не сказав».

«Понимаю. Мне и самому больно», — отвечает он, и я закрываю глаза, чуть спустившись в воду.

Ненавижу. Но сейчас не кого-то конкретно, а вселенскую несправедливость.

«Если тебя это успокоит, то он не видел другого выхода. Ты была в серьёзной опасности. Её отец

— тот ещё бандит».

Вздыхаю.

Пётр не врёт. Судя по рассказам Милены, её отец то ещё чудовище. И это настоящее безумие.

«Почему нельзя было сказать правду?» — отправляю я тот самый вопрос, который мучает меня столько времени.

И только попробуй написать короткое: «А ты бы поверила?»

Но нет. Пётр пишет мне совершенно другое сообщение.

«Потому что скажи я правду, ты бы нашла способ остаться со мной…»

Серьёзное замечание. Но почему это плохо?

«Почему это плохо» приходит в следующем сообщении: «или бы погибла». Моё сердце учащённо бьётся.