– Но там ведь уже все устроено!

– К черту устройство! Я никуда не полечу до тех пор, пока не засвидетельствую кое-кому свое почтение. Так что нечего тут больше торчать, пошли.

* * *Каролла снял номер в отеле и для начала решил сменить гардероб. Его люди прокляли все на свете, таскаясь следом за ним по магазинам. Каролла швырял деньги направо и налево. Он купил светло-серый костюм, кашемировое пальто, десять белых сорочек и четыре пары обуви, не забыв даже о носках и носовых платках. Его люди диву давались и не могли понять, что стало причиной такой резкой перемены в нем. Каролла приказал им привести себя в порядок, выбросить всю его старую одежду, достать приличную машину, «мерседес», надраить ее и держать наготове. Он вознамерился нанести важный визит.

Роберто Лучано собирался поужинать, когда его младший сын прокричал, что к дому подъехала машина. Он любил играть с селекторной связью у входной двери, хотя ему не раз запрещали трогать трубку."

"Роберто перегнулся через перила балкона на втором этаже, когда Константино пробежал через холл.

– Разве ворота были открыты? – строго спросил отец.

Роберто был удивлен, потому что никого не ждал. Он велел детям не попадаться ему на глаза и связался с охраной. Ему сообщили, что приехал синьор Каролла. После минутного раздумья Роберто велел пропустить гостя.

Вилла «Ривера» потрясла Кароллу. Сад был ухожен, подъездная аллея в безупречном состоянии. Его поразила также продуманная система охраны: прежде чем позволить гостям въехать на территорию виллы, их вежливо попросили о разрешении досмотра машины и личного обыска. Таково было правило для всех: никто не мог попасть на виллу, имея при себе оружие.

– Для всех? – усмехнулся Каролла, но дал себя обыскать.

Машина медленно тронулась по направлению к подъезду. Каролла заметил еще нескольких охранников вдоль аллеи и хмыкнул: вилла была укреплена, как военная крепость.

Горничная забрала у Кароллы шляпу, пальто и перчатки, после чего к нему вышел Лучано и с улыбкой протянул руку. Каролла улыбнулся в ответ, обнял хозяина и расцеловал в обе щеки.

Лучано предложил ему присесть и велел подать бренди. Каролла учтиво поклонился и грузно опустился на венский стул с витой спинкой.

– Добро пожаловать в мой дом. Жаль, что наша встреча состоялась при таких грустных обстоятельствах. Меня опечалило известие о смерти твоей жены. Тебе, наверное, было очень тяжело, – произнес Лучано, играя роль радушного хозяина.

Он видел, каких усилий стоит Каролле этот визит, и понимал, что тому что-то нужно. Без серьезной причины он не стал бы наступать на горло своему самолюбию. Лучано тем не менее ни словом, ни взглядом не обнаружил своего понимания.