Ого!

Один казак жестом показал, чтобы мы ставили машину на стоянку. С собой у меня был блокнот, куда я записывал все сведения о дислокации казаков, фамилии, имена. Пиздец! Вот где опасней: в таком тылу или на фронте?! Куда их сейчас деть?! Сожрать?! Пока начальство меня найдёт, всё здоровье заберут, да и планы вскроются!

Смотрят документы, о чём-то говорят. Деду кто-то махнул, поздоровался. «Пропусти». Он вернулся в машину:

— В Антраците казаков разоружают, вроде. На танках приехали: убили коменданта… Вот и у этих усиление.

Пиздец!

СПЕЦОПЕРАЦИЯ

(Красный Луч.

17 декабря 2014)— Казаки взяли в заложники мэра города. С Луганска им поставили ультиматум: до 12-ти ночи отпустить его. Если они мэра не отпустят, то будем штурмовать, — кратко ввёл в курс дела начальник разведки бригады."

"Судя по всему, наш взвод терпят в разведроте, из-за способности решать именно такие неудобные вопросы. Разведрота и медрота базируются за городом, а штаб бригады в городе — надо проезжать казачий блокпост. Казаков там до ебени-фени, ещё и БТР стоит. Решили скрытно ехать в машине «скорой помощи»: их не досматривают.

В медроте одна такая есть. Мы грузимся и едем. Начальник разведки зачем-то к нашему штатному оружию дополнительно выдал АКСУ Будем стрелять с двух рук?

Доклад в штабе бригады пришлось делать мне. За столом сидел начальник разведки и ещё какие-то офицеры, на столе, свесив ноги — здоровенный тип по имени Вася (даже не знаю его должности), вдоль стенки бойцы на стульях — я напротив них, рядом с плазменным телеком, на котором включена гугл-карта. Особенностью кабинета были вырезанные из черной бумаги бабочки наклеенные на обои. Они начинали лететь прямо от самого плинтуса, совсем маленькие, а затем всё больше и больше.

На потолке они уже были просто гигантские. Вырезал их лично начальник разведки, который был художник по образованию. «Бабочки в моей голове — это любовь к тебе…» — почему-то вспомнил я Земфиру. «Бабочки… Какие-то сексуальные комплексы… Смерть и перерождение… Ну и «вещества», конечно: как в нормальном состоянии их можно так долго вырезать?» — по привычке анализирую я. Из трёх казачьих группировок:

одна в вопросе с мэром на нашей стороне, другая группировка свою позицию не обозначила, ну а мэр, понятное дело, на подвале у Лютого.

Тыкаю ручкой в экран, показываю располаги казаков:

— Вот дом атамана Лютого. Его охраняют около десятка бойцов…

— Там они и держат мэра, — перебивает меня начальник разведки.

— Чуть выше дома атамана, вот здесь, стоит БМП-2, только я не смог выяснить чья она: казачья или наша. В доме, рядом с «бэхой», живут солдаты…

— Она не наша. Спалите её сразу с РПГ, как только начнем штурм, — опять перебивает начальник разведки.