Мне нужно думать о твоем освобождении, а я вон чем занимаюсь. Но что тут поделаешь? Даже у супергероев бывает личное время, когда они моют посуду и зашивают парадное трико.

Мы провели в супермаркете минут сорок. И то лишь потому, что я уже устало рявкнул на нечисть. Так бы могли и за отметку в час перешагнуть.

Выезжали мы к парковке на двух тележках. Одну из них вез Лео, другую я. Интересно, все рубежники тратят на нечисть сорок тысяч за один поход в магазин? Участливая продавщица даже подсказала, что за два дня до дня рождения и два после у них скидка от пяти тысяч. Не знала, несчастная, что это моя обычная пятница.

– Наклейки забери, – шепнул бес. – Сковороду потом возьмем! Она антипригарная!

Хотя, конечно, я уж слишком взъелся на своих домочадцев. Вот тот девятипроцентный творог кому? Мне. А гречка и фарш? Тоже мне. Вот, уже можно вычеркнуть рублей четыреста.

Я был как на иголках. Из-за ситуации с Лихо, неудачи с приспешницей, глупыми тратами, когда необходимо заниматься совсем другим, я готов был сорваться на кого угодно. И реагировал на окружающий мир слишком остро.

Поэтому и возникшую опасность распознал сразу. Нет, это было не диковинное неразумное создание, не коварный рубежник и не могущественная нечисть. Обычная пара недотеп лет четырнадцати, которые с бешеными и пустыми глазами ехали на самокате. Хотя чего это я. Они как раз попадают под определение диковинного неразумного создания.

Я частенько думал, что самокаты – этой какой-то крутой рубежный артефакт, который нивелирует любую мыслительную работу. К примеру, вот был нормальный вменяемый человек. Бах, и вот он уже едет между второй и третьей полосой, совершенно не понимая, куда и зачем. И даже не реагирует на клаксоны машин.

Вот и сейчас мне казалось, что я слышу свист ветра в их головах. Самокатчики гнали, совершенно не глядя вперед и не чувствуя габаритов. Аккурат на Алену, которая тоже повела себя не лучшим образом. Моя приспешница решила, что наиболее разумным будет залипнуть в телефон и не смотреть, куда ты идешь.

Поэтому я бросил тележку и рванул к ней, толкнув так, что мы вместе пролетели пару метров. А самокатчики, даже глазом не моргнув, проехали там, где недавно находилась приспешница. Гады. Ведь могли Алене что-нибудь сломать.

Девушка, кстати, только сейчас стала понимать, что могло произойти. Она испуганно хлопала глазами и хватала ртом воздух. К нам подбежал Лео, переводя взгляд то на ускользающих нарушителей спокойствия, то на нас.

– Хорош телохранитель! – зло буркнул я, а несчастный рубежник покраснел.

Я поднялся и подал руку Алене.

– Вставай давай, хватит сидеть – задницу отморозишь. Сама тоже виновата.