Складывалось ощущение, что у Великого Князя было непреодолимое желание избавиться от него. Но почему бы не сделать все проще?

Так или иначе, но, несмотря на все вводные и наличие общего недруга, большими друзьями мы с Леопольдом не стали. Хотя он и был мне симпатичен. Но Лео хранит свои секреты, я свои. Если меня чему-то и научили рубежники, то главному правилу – никому нельзя доверять.

Именно поэтому я и не отправил Алену с Лео. Я не знаю мотивацию последнего, вдруг ему прикажут сделать что-то нехорошее с приспешницей? А я несу ответственность за эту несуразную девочку. Хотя, честно говоря, тут имелось и еще одно «но».

Заключалось оно в моей нечисти, для которых поход в супермаркет был целым событием. Ведь бес с чертом выбирали настойки, водочку, коньячок, виски, текилу и все, до чего могли дотянуться. Правда, дегустаторы они были те еще, как правило ориентировались на цветастые этикетки. Поэтому у нас дома стояли иногда бутылки с таким «мордовским» колером, что мне на них смотреть было больно, не то, что пить. Но не лишать же их права выбора? В делах, которые касались добровольного желания загубить собственный организм, у нас была демократия.

Вот и сейчас, судя по подрагивающему артефакту, нечисть уже помылась и сидела в тележке. То есть, в портсигаре. А я подумал, может, проветриться будет не такой уж и плохой идеей?

Лео ждал внизу у машины, причесанный, в отглаженной рубашке и с неизменно спокойным лицом. Удивительный человек. Даже разбуди его среди ночи, он уже через десять минут будет готов покорять любые вершины. Мне такое даже не снилось."

"Вообще, мы напоминали какую-то большую неполную семью, давно живущую друг с другом. Лео – отец, я – сын, Алена – младшая непутевая дочь, нечисть – домашние животные. Доходило до того, что мы уже даже перемещались по городу молча. Будто за всю жизнь наговорились на все возможные темы.

– Затянуло, – сказал Лео, поглядывая на небо.

– Ага, похоже до вечера.

И все, молчали всю дорогу до супермаркета. Но это ли не красота? В магазине я сразу направился в водочный отдел, слушая непрекращающиеся подсказки нечисти.

– Хозяин, вон ту, цветастенькую. Штучек пять, это на сегодня.

– Дяденька, а можно настойку на рябине?

– Дурак ты, Митя, там градуса толком нет.

– Я не для градуса, дядя Гриша. Я для вкуса.

– Для этого можно коньяк взять вот тот, в длинной бутылке. Там какую-то гадость добавляют, будто бы в дереве держат. Химоза одна. Но вкус есть. Ой, а это что такое?

– Лимончелло, – ответил я. – Такое себе, сладкое, вам не зайдет.

Проходившая мимо дородная женщина неодобрительно покачала головой. Мол, допился.

– Не, нам из сладкого вина можно, вон в тех здоровенных пакетах. Оно самое вкусное, хозяин.

– Ля гурмэ, – со вздохом протянул я.

Прости, Юния.