А вот ее душевное состояние вызывало опасения. Он видел, как она замыкается в себе, не желает ни с кем общаться.

Он готов был пойти на все, только бы вернуть ее жизнерадостную улыбку, снова увидеть, как ее глаза светятся от счастья. Она права: за последнее время ей слишком часто приходилось плакать.

Андрей подошел к окну. Больше всего на свете он хотел, чтобы Даша была счастлива. И сделает все от него зависящее, чтобы так оно и было. Даже если ему придется пожертвовать собственным счастьем.

В дверь осторожно постучали.

Даша тревожно вздрогнула и открыла глаза. Она по-прежнему находилась во власти сна, но по инерции ответила:

– Да, заходите.

– Можно? – это была Галина.

Андрей не знал, как отреагирует Даша на появление Балкановой, и поэтому сделал несколько шагов навстречу, выходя в центр комнаты. Даша только тогда его заметила. Она думала, что одна в палате.

Одиночество ее угнетало. Она не хотела долгих и по сути дела никому не нужных разговоров с выяснением что, да как, да почему. Но она хотела чувствовать, что рядом кто-то есть.

Кто-то очень близкий и дорогой.

Приход Галины не смутил Дашу.

– Да, конечно, заходи, – пригласила она молодую женщину.

– Я не помешала? Не потревожила?

– Нет, Галя.

Андрей кивком поздоровался с Балкановой. Он не забыл, как яростно эта маленькая женщина отчитывала его в Абрикосово. В отличие от ее брата, она вызывала у него симпатию.

– Извини, Даша, что вот так, без звонка, заявилась к тебе. Мне следовало подождать хотя бы до завтра, но я не могла. Целый день не нахожу себе места и чувствую себя ужасно виноватой.

Что могла ответить Даша?

– Галя, проходи, не стой в дверях, – сказала она и сделала слабую попытку улыбнуться.

Галина решительно пересекла комнату и остановилась возле кровати девушки.

– Мне очень жаль. То, что произошло, ужасно. Я должна была предвидеть, что Геннадий после моего отказа вспылит и попытается выкрутиться из положения. И к тому же я должна была обратить внимание на его несдержанность, необычное поведение и… Да на много чего стоило мне обратить внимание.

Галина как-то сразу сжалась. В ней уже не было той заражающей положительной энергии, которая поразила Дашу в поселке. Галина всегда была уверена в себе, она знала, что делала.

А теперь она выглядела растерянной.

– Ты его видела? – в разговор вмешался Андрей.

Галина кивнула.

– Да, я была у него. Он полностью признал свою вину и не отрицает, что собирался убить Дашу, – она облизнула ненакрашенные губы, – а потом меня.

Тяжело узнать, что твой родной брат, единственный близкий человек всю жизнь тайно тебя ненавидел.

Андрей грязно выругался.

– Сегодня приходил следователь, но врач не разрешил ему увидеться с Дашей.

– Ты ничего не говорил, – тотчас заметила она.