— Меня, кажись, не готовили.

— Тебя⁈ — воскликнул он. — Мы не самоубийцы! Да и ты сам себя так «подготавливал», что не только в округе, но даже в Тюмени вешались! Поэтому и не знал про наш арсенал. Уверен, раскрой мы его местонахождение, то меньше чем через сутки на месте дома была бы огромная воронка.

Данила — ты же ходячая катастрофа! Я до сих пор не могу понять, как тебя в армию приняли и оружие доверили. Хотя… Раз две серебряные ленты получил и жетон порученца от самого императора, значит, расчёт армейского командования оправдался. Так что прекращаем семейные сцены и тащим оружие наверх.

Прежде чем начать помогать своим домочадцам, я связался со следователем Комовым и рассказал им про бунт Горюновых. Тот моментально выдал серию нецензурных слов, но потом замолк на полуслове.

— Ладно. Пусть остаются. Кроме твоей сестры, все обкатанные в боях. А тебе поддержка с тыла не помешает.

После этого началась подготовка к отражению предполагаемой атаки. К моему величайшему удивлению, в нашей семейке уже всё отработано до автоматизма для подобных случаев. Два гранатомёта и крупнокалиберный пулемёт заняли позиции, чтобы хорошо простреливать все участки двора, не оставляя мёртвых зон. Вернее, их было несколько, но там моментально появилось минное поле.

На этом танкист и штатный сапёр семьи Горюновых не успокоился и по всему периметру забора установил уже не простые, а радиоуправляемые мины. Причём по обе стороны бетонной ограды.

— Забора не жалко? — поинтересовался я у него. — Камня на камне от него не останется.

— Нет, Данила. Всё равно хотел приусадебную территорию расширять. К тому же дом и наши жизни жальче.

— Согласна, — кивнула мать. — Меня больше всего беспокоит не это, а то, что мы не отслеживаем дальние подступы. Лес в трёхстах аршинах от периметра. Быстрым тварям хватит нескольких секунд, чтобы достичь дома. Караулы, естественно, нести будем, но среагировать на внезапную атаку можем и не успеть.

— Насчёт этого не волнуйтесь, — успокоил я. — Всё мониторится. Есть одна секретная фигня, которая уже работает в округе.

— Сам ты — фигня двуногая! - обиженно фыркнул Чах в моей голове. — Но мониторю. Пока всё чисто.

— Спасибо! Верю в тебя, дружище!

Почти сутки мы работали не покладая рук, подтверждая слова опытных людей, что война лишь на малую часть состоит из боёв, а всё остальное время занимает тяжёлый физический труд. Наконец-то всё было готово, и появилась возможность немного отдохнуть.

Началось всё с того, что мама Варя устроила мужу хорошенький такой скандал. Оказывается, он скрыл, что горел в танке, и я спас его со всем экипажем. Пришлось бравому танкисту вначале оправдываться, а потом рассказывать подробности боя под Брестом.