Не знаю, проводились ли испытания армейских доспехов в подобных условиях, но мы лёжа умудрились скинуть их в рекордное время. Кажется, вместе со всей остальной одеждой разом.

Слышу лёгкий вскрик боли. Но для спасательницы она не имеет никакого значения — девушка во власти удовольствия. Меня же словно молнии пронзают от охватившей страсти. Ещё! Ещё! Ещё!

— Хочу сверху… — возбуждённым шёпотом произносит Вера и опрокидывает меня на землю.

Теперь я вижу ею всю! Такую обнажённую! Такую желанную! При свете полной гоблинской луны девушка напоминает таинственную богиню, спустившуюся с небес прямо на меня. Чувствуя, что финал близок, прижимаю к себе и целую так, как никогда ни одну женщину не целовал. Наши тела одновременно вздрагивают, и вдруг…

Тысячи созвездий! Хоровод из них кружится вокруг нас! Ощущение единения не только с Верой, но и со всем мирозданием заставляет вопить от восторга! Мы растворяемся с любимой во всём этом, рассыпаемся звёздной пылью и становимся одним целым. Наши чувства и эмоции переходят на абсолютно иной уровень, и от этого ощущения становятся ещё ярче! Это уже не секс! Этому нет названия!

Всё заканчивается так же резко, как и началось. Обнажённая девушка без сил рухнула мне на грудь и, тяжело дыша, проговорила.

— Я только что видела рай… С тобой… Спасибо…

— Я люблю тебя, — тоже не в силах отдышаться, прошептал я. — Сдохну, но никому не отдам.

— Ты тоже только мой. Убью любую приблизившуюся. Даня… Я ещё хочу…

Желания наши полностью совпали, и мы снова занялись любовью, потеряв счёт времени. Пусть как в первый раз нас не накрывало, но всё равно, уверен, такого секса, когда тела и энергия переплетаются, ни один человек ещё не испытывал.

Мы полностью потеряли счёт времени. Лишь только под утро какой-то здоровенный и очень зловредный местный жук беспардонно хватанул меня за голую задницу, заставив прийти в чувство и снова начать мыслить.

Одевались мы счастливые и безумно грустные. Наша первая ночь закончилась. Подобная, если и повторится когда-нибудь, то очень нескоро. Для начала нужно выжить в гоблинской Реальности. Потом, если повезёт вернуться на родину, придётся разбираться с дедушкой-императором.

Александр Пятый вряд ли обрадуется тому, что первым мужчиной у его внучки стал вшивый графёнок, недавно считавшийся не менее вшивым барончиком. За «испорченную» родословную династии мне грозит даже не каторга, а самая мучительная смерть. Без боя я, конечно, не сдамся, но сложностей предстоит много.

— Я буду с тобой до конца. Верь мне. Костьми лягу, но сделаю так, чтобы император не мешал нам быть рядом, — словно прочитав мои мысли, произнесла Вера и целомудренно чмокнула в щёку.

Правильно, кстати, сделала.