Так что готовь передник, шерстяные носки и застиранный халат.

— Ты не скотина, — сделала собственный вывод девушка. — Идиот! Да император тебя в пыль превратит, когда узнает о подобном.

— О халате?

— О том, что хочешь заграбастать его внучку.

— Вер… А мы ему расскажем? — после небольшой паузы поинтересовался я. — Мне важно твоё мнение, а не Александра Пятого. Как ты сама смотришь, если мы с тобой станем парой? Не сейчас, а со временем? Когда буду из себя хоть что-то путное представлять? Скажешь «нет» — отстану.

— Очень хочу сказать это самое «нет», — призналась она. — Не потому, что не нравишься. Наоборот! Чтобы жив остался.

— Ага, — хмыкнул ей в ответ. — Потом остепенился, удачно женился. Детишек бы с супругой настрогал…

— Заткнись. Уговорил. Уломаешь дедушку, первая к тебе на шею брошусь, пока какая-нибудь более ушлая особа этого не сделала. Но сейчас держись на расстоянии.

— Сложно. Мы спим в одной кровати ещё минимум пару ночей. Кстати, перестань сидеть на фоне окна. А то во мне опять желание возникает.

— А если рядом лягу, то успокоишься? — недоверчиво произнесла Вера. — Сказки не рассказывай! Я уж лучше на диванчике или на полу посплю.

— Ложись на кровать… Пожалуйста… Обещаю вести себя почти культурно. Или сам на мелкий диван переберусь, чтобы сохранить твой позвоночник целым. Но что-то очень не хочется туда ползти.

— Почти культурно?

— Ну мы же спасатели!

Немного подумав, Вера всё-таки легла рядом. Молча полежали, глядя в потолок. А потом она сказала с облегчением.

— А хорошо, что поговорили… Прямо на душе легче стало.

— Ага, — ответил я и, резко повернувшись набок, поцеловал её. — Вот это и было то самое «почти». Спокойной ночи… Точнее, уже утра.

— Так хороших снов не желают, Данила.

Склонившись надо мной, Вера прикоснулась своими губами к моим. Долгий сладкий поцелуй. Несмотря на то, что прижимаемся друг другу обнажёнными телами, оба контролируем ситуацию и не переходим ту грань, которая пока для нас запретная. Просто нам хорошо и… ХОРОШО!

Утром вошедшая Якутова с подозрением посмотрела на наши физиономии объевшихся сметаной котов.

— Так, курсанты? — с напряжением в голосе поинтересовалась она. — Я чего-то про вас не знаю?

— Всё нормально, Галя, — успокоил я лейтенанта. — Просто помирились. А ты чего подумала?

— Я подумала, что у нас поход в этнографический музей, а потом зевать в оперном театре. Вечером же поезд в Калугу намечается. Так что готовьтесь провести время с пользой!

Мы так и поступили. До самого Смоленска, оставаясь примерными молодожёнами. Лишь только ночью, оставаясь одни, тренировали свою силу воли долгими разговорами и поцелуями на широкой кровати."

"Правда, падла Чах, несколько раз пытался нарушить эту идиллию ехидными комментариями.