И мечта всех эротических фантазий мужчин — Наталья Яйцева.

Перелёт во Владимир прошёл буднично. Не знаю, чем занимались дамы, а я просто дрых, предпочитая по старой военной привычке отсыпаться «впрок» при любом удобном случае.

Закинув вещи в номера очередной гостиницы, пошлялись по городу, осматривая достопримечательности. Вечером посетили бар. В нём на чету Ивановых никто не обращал внимания. Зато госпожа Яйцева пользовалась таким успехом, что даже из-за возможности угостить её очередным коктейлем возникла небольшая потасовка между двумя подвыпившими парнями.

Ну и на выходе нашу Ведьму попытались невежливо затащить в машину. Она даже почти не сопротивлялась и с плохо скрываемым удовольствием «укралась» в большой чёрный джип. Правда, вышла из него буквально через минуту, невозмутимо заправляя выпавшую из декольте грудь."

"— Трупы прятать сами будем или позвоним Комову, чтобы он этим занялся? — поинтересовался я у «жертвы сексуального насилия».

— Не… Все живы. Только вряд ли даже самоудовлетворяться в ближайшее время смогут.

— Все пальчики на ручках переломала, а потом и сами ручки? — спросила Верка.

— На фига так заморачиваться? Просто оправдала свою фамилию Яйцева.

— Жестоко… — поморщился я, вспоминая, как Ведьма может бить. Мне хоть и не в полную силу прилетало, но долго отходил, баюкая мошонку.

— Отнюдь. С такими только так и надо. Эти укуренные великосветские мажорчики сегодня просто насильно трахнуть хотят, а завтра, очумев от вседозволенности, по кускам свои жертвы резать начнут. Теперь, когда через месяцок-другой оклемаются, сто раз подумают, прежде чем чрезмерный мачизм показывать.

— Месяцок-другой? Судя по машине, мальчики одарённые, поэтому восстановятся…

— Не восстановятся быстро, — перебила она, понимая, о чём я хочу сказать. — Место травмировано нежное, энергетически сложное. А там такое месиво, что даже рассказывать не буду, чтобы психику одного «молодожёна» сберечь.

Короче, повеселилась этой ночью исключительно Ведьма. Мы же с Веркой, как и было задумано, больше находились в тени нашей спутницы. Обсудив планы завтрашнего убивания времени во Владимире, разошлись по своим номерам.

Палкина опять попыталась примириться, но я, сбросив маску счастливого супруга, решил помариновать Верунчика ещё один день. Пущай ночку помучается, а утром соблаговолю «оттаять».

Примирение оказалось не таким, на какое рассчитывал. Около пяти утра проснулся от лёгкого сушняка после ночных возлияний в баре, с удивлением обнаружив, что Вера спит, плотно прижавшись ко мне. Ещё и головушку на моё плечо положила. Такая доверчивая, безмятежная.