Трудоголизмом, видимо, от отца заразился. Он поднял голову, равнодушным взглядом мазнул по нам, а потом резко поперхнулся и закашлялся.

– Может, ему водички предложить? – шепотом поинтересовалась я, напрягаясь от подозрительного поведения временного начальника.

– Или по спине похлопать, – поддержала меня новая знакомая, нахмурив брови.

– Стеша, ты почему здесь? – грозно спросил у нее Глеб.

– Ты сам сказал, что с утра как штык в твоем кабинете, – обиделась Стефания.

– Завтра!

– Ой, перепутала… – так очаровательно улыбнулась она, что даже меня проняло.

Но черствый до чужих улыбок Глеб только еще больше нахмурился.

– Демидова на второй этаж, Макеева – в триста пятнадцатый, – рявкнул он.

Я приподняла вверх одну бровь, желая высказать Глебу все, что думаю о его командирских замашках, но пока решила повременить. Мы со Стешей молча вышли из кабинета, тихо договорившись встретиться за обедом на первом этаже, и разошлись в разные стороны.

Триста пятнадцатый кабинет находился через три двери от кабинета Глеба. Обстановка в нем была почти спартанская – обычный офисный стол, стул со спинкой, ноутбук и пустая полка, предназначенная для документов, на которую я тут же определила свою папку.

Что ж, условия вполне терпимые, жить можно. Я включила ноутбук, важно уселась в кресло и попыталась придумать, чем себя занять. Четких указаний от Глеба не поступало, а к папе идти я боялась. Ну потому что это дома он мне папа, а в офисе – самый главный начальник. А все знают, что от начальства нужно держаться подальше. Во избежание, так сказать…

От скуки стала перебирать документы, параллельно разыскивая в интернете то, чего я не понимала.

Глеб пришел часа через два с огромной яркой папкой. Плюхнул ее мне на стол со словами: «Нужно все разложить по алфавиту!» и ушел в закат. Решив, что уж это задание со своими двумя курсами я выполню, бодро принялась за дело. А ближе к обеду зазвонил мой мобильный.

– Привет, Ань!

– Влада, я только что узнала, что ты собираешься гонять с Макаром.

– Быстро вести разлетаются, – хохотнула я.

– Есть такое, – согласилась Аня. – Влада, ты обязана выиграть гонку, – высокопарно произнесла она.

– Это женская солидарность или есть причины посерьезней? – так же важно осведомилась я.

– Есть причины. Макара нужно спасать!

– Аня! Ты должна была бороться со злом, а не примкнуть к нему! – возмутилась я, хотя сердце забилось тревожно, а беспокойство за мажора усиливалось с каждой минутой.

– Я боролась. Но Макар – уже родное зло.

– В чем дело? – кусая губы, уточнила я.

– Захар рассказал мне по большому секрету… Точнее, я подслушала… Неважно. Ты знаешь, что такое драг-рейсинг?

– Знаю. По-простому – гонки.

– Нелегальные.