Можете видеть в моих словах проявление чрезмерного цинизма, но положение мое в чем-то напоминает положение воинского командира. Вы, когда были командиром роты, имели возможность тех из ваших солдат, кто не имеет особого призвания к кавалерийскому строю, перевести, скажем, в саперы? Нет, конечно? Вот видите… Я нахожусь в схожем положении. Но разговор не о них – о вас. У вас, сдается мне, есть все задатки, чтобы подняться над рядовыми. И я хочу поручить вам очень серьезное и ответственное дело. Сегодня краковским поездом прибывает некая дама. Ее настоящее имя вам нет необходимости знать, но что касается остального… Состоит она в партии социалистов-революционеров, в боевой организации партии. И занимает там довольно высокое положение. В настоящий момент она выступает доверенным лицом Бориса Викентьевича Суменкова. Слышали о таком?

– Еще бы. Личность в России известная даже для тех, кто не имеет отношения к подполью. Король террора…

– Да, обожает Борис Викентьевич, между нами говоря, подобные помпезные эпитеты, – усмехнулся Кудеяр. – Явственный позер, если совсем откровенно. Не отрицая за ним некоторых крупных успехов, все же замечу по секрету, что эсеры сейчас переживают не самый благоприятный для себя период. Их позиции в России изрядно подорваны последними арестами, ряды поредели, словом, организация сейчас не столь могущественна и держится главным образом за счет памяти о былых свершениях… Трудные для них времена настали, поверьте. Разумеется, товарищ Суменков никогда не признает вслух такое положение дел… Что не имеет никакого значения. Мы-то знаем истинную ситуацию…

– Вы это не без удовольствия говорите…

– Ошибаетесь, – энергично запротестовал Кудеяр. – Мы все, несмотря на партийные разногласия, объединены общей целью, свержением монархии, победой демократической республики…

– Давайте без недомолвок, – сказал Сабинин. – Мне не два года по третьему, и я достаточно долго вращаюсь среди вас… Сознайтесь, имеет место и некоторое соперничество, ревность и даже трения…

С принужденной усмешкой Кудеяр в конце концов кивнул:

– Хорошо, что греха таить… Вы правильно понимаете. Впрочем, я полагаюсь на гибкость вашего ума, вы – личность незаурядная… К сожалению, все мы обыкновенные люди с присущими человеку слабостями, это находит отражение и во взаимодействии партий… Так вот, я хочу вам поручить ответственное дело. Она захочет с вами встретиться, эсеров вы уже заинтересовали.