– И жара уже не так донимает, и одежда, которую приходится в такую духотень носить, чтобы тебя никто не цапнул, тоже. Остановиться бы где-то, назвать это место своим домом.

– Может статься, Нгосини вполне подойдёт под эту цель, – легко улыбнулась я.

– Кто знает? После всего произошедшего со всеми нами, уже ничему не удивлюсь… Ты уверена, что тебе следует пойти одной? Давай, я и ещё парочка надёжных ребят составим тебе компанию? – предложил мужчина. – Будем идти, не отсвечивая.

– Нельзя. Каари дала чётко понять, что никого, кроме меня, не потерпит на своей территории.

– Даже так?

– Она стара, мудра. Она долгое время не отходила от своего гнезда, потому что…

Краем глаза заметила смазанное движение. Показалось? Скорее всего, нет. И пусть я поступаю плохо, но тех детей и ни в чём ни повинных взрослых уже не вернуть. А они могли бы быть здесь, вместе с нами строить планы.

– Охраняет своё сокровище, – договорила я. – Во снах я чётко видела горы золота, как в фильмах о драконах, их стерегущих. Артефакты небывалой силы, такими легко отбиться от любого врага. Есть и бытовые магические вещицы. Много чего.

– Думаешь, анаконда так легко всё тебе отдаст? – растерялся Вишневский, не понимая, с чего я так распинаюсь.

– Мне – да. Она с чего-то решила, что я её наследница.

– Охо-хо, кроме яйца ещё и магические предметы? Как ты всё это унесёшь? – тяжело вздохнул Вишневский, покачал головой.

Мы помолчали.

– Боюсь, Женя меня не простит, если с тобой что-то случится, – в итоге поджал губы он.

– Я поговорю с ней отдельно. И вам стоит больше верить в мои силы, – криво усмехнулась я.

– Вот гляжу на тебя: маленькая, худенькая. И куда? В пасть чудовищу пойдёшь ведь.

Ты ей на один зуб будешь. Возьмёшь мою сайгу.

– Лучше дедушкин Ижик. С ним я знакома. Спасибо за заботу, – посерьёзнев, сказала я. – Обещаю быть максимально острожной.

– Как поступим с гориллами? – задал важный вопрос Степан Анатольевич.

– Никак. Просто доверьтесь мне.

– Хорошо, как скажешь.

Солнце медленно клонилось к закату. Я поговорила с мамой и дедушкой. Всё им растолковала, матушка, конечно, распереживалась, но пожелала лёгкой дороги. Дед молча отдал своего Ижика, запас патронов к нему, свой охотничий нож.

Я же, оставив им свой Hoyt, натянула гловелетты и тихо выскользнула из лагеря.

Но слишком далеко уходить не стала.

Нужно поспешить всё подготовить до пяти вечера. Крепко обвязала верёвкой ствол дерева, нависавшего над обрывом, скинула вниз один конец. Удовлетворённо хмыкнула: длины каната хватило до самой земли. Искать место для спуска не видела смысла – с моим даром, увеличенной силой, этот способ мне подходил больше.

Закончив, села на сплетённые в комок лианы, вынула платочек, развязала уголки, развернула.