– Чего вы хотите? – неожиданно охрипшим голосом спросил он.

– Нам нужна информация, – без приглашения сев в кресло и положив ногу на ногу, абсолютно буднично ответил Лев, доставая из кармана свой телефон. – Разговор наш будет записываться – вдруг вы потом захотите отказаться от своих же слов? – пояснил он.

– Слушаем вас! – снова одарив его не менее блистательной улыбкой, в соседнее с Гуровым кресло плюхнулся Стас.

– И что же вас интересует? – словно садясь на колючего ежа, в свое кресло осторожно опустился и Игорянцев.

– Прежде всего кто похитил артефакт, найденный в Кряжунове? – теперь уже достаточно жестко и деловито спросил Гуров.

Тон его никак не предполагал уклончивого или половинчатого ответа. Видимо, внутренне это ощутив, академик нехотя ответил:

– Один человек, которого мне порекомендовали…"

"Как рассказал он далее, когда ему принесли сообщение о том, что у села Кряжунова экспедиция Рябинина нашла какой-то невероятный артефакт, он сначала воспринял это как заурядную «липу». Относясь к Рябинину с крайним пренебрежением, Игорянцев какое-то время даже предполагал, что ничего стоящего экспедицией найдено не было.

Просто, чтобы оправдать затраченные средства, палеонтологи решили выдать какую-нибудь ничего не стоящую ерунду за нечто необычное. Но Рябинин настаивал на уникальности своей находки, и поэтому в Москве кое-кто из ученых начал проявлять к ней интерес.

И тут Игорянцеву позвонили некие «очень значимые люди» (скорее всего, мысленно догадался Гуров, представители высшего ареопага «Силы истины»). Звонившие выразили опасение, что находка Рябинина наверняка чего-то да стоит и поэтому может привести к каким-то нежелательным для «Силы истины» последствиям.

А потому академику поручили выйти на контакт с Рябининым и договориться с ним о том, чтобы он передал ему свою находку. В дальнейшем ее нужно было вывезти на Запад, чтобы там провести все необходимые исследования.

– Вы связались с Рябининым? – уточнил Гуров.

Немного помявшись, Игорянцев ответил:

– Я послал ему эсэмэску… Но ответа не получил. Узнав об этом, «очень значимые люди» поручили мне добыть артефакт любым возможным способом.

– И вы решили нанять взломщика, который бы похитил эту вещь? – спросил Стас.

– Да… К сожалению! – покривившись, бросил академик.

По его словам, нанять некоего Леонида Махалина по кличке Лом ему посоветовал его персональный шофер Генка. Встречу со взломщиком назначили на даче Игорянцева. Разговор академика с Махалиным состоялся в присутствии Генки как посредника. Лом с ходу заломил (как видно, в соответствии со своей кличкой) цену в миллион рублей. После получасового торга притязания взломщика удалось сбить до пятисот тысяч. И они ударили по рукам.