И что же оказалось? Завлабораторией «угостил» парня опасным сильнодействующим токсином. Как потом виновник признался, убивать своего конкурента он не планировал, просто неправильно рассчитал дозу. Пришлось предстать перед судом…

– Грустная история! – вздохнул Кимревич. – Это намек на то, что между Рябининым и Игорянцевым тоже имела место быть некая роковая особа?

– Нет! Хоть между Рябининым и Игорянцевым действительно стояла роковая особа, это было слишком давно, чтобы по прошествии многих лет кто-то из них вдруг начал сводить счеты, – невозмутимо парировал Лев, давая понять, что данный факт ему известен, но большого значения он ему не придает.

 – Тем более что Игорянцеву та девушка не очень-то и была нужна. Насколько я мог понять, он идейный холостяк, которого женщины вообще не интересуют. Допускаю, что это может быть связано с его здоровьем.

– Хм-м!.. – недоуменно протянул хозяин кабинета. – Ну, вообще-то да, у Эдуарда и в самом деле есть специфические проблемы с мужским здоровьем. Вы это поняли благодаря дедукции или у вас хороший багаж познаний в медицине?

– И то и другое, – Гуров коротко отмахнулся.

 – Но прежде всего у меня хорошо развита, говоря народным языком, чуйка. Я достаточно хорошо чувствую людей, с которыми общаюсь по тем или иным вопросам. Вот у вас лично – могу об этом сказать вполне уверенно! – семейная жизнь, в принципе, удалась. Неплохо обстоят дела и на работе. Да и научная деятельность на подъеме. Вашу недавнюю критическую статью о сторонниках теории мирового эфира в журнале «Физика» обсуждают и сторонники, и противники этой гипотезы.

Слушая его, Кимревич расширил глаза и недоуменно покачал головой.

"

"– Ваша чуйка даже это способна определить?! – ошарашенно уточнил он. – Ну и ну-у-у-у! Вы прямо как профессор Платонов! Не слышали о таком? О-о-о! Это – человек-феномен. Он известный геофизик. И вот у него тоже очень сильное предвидение. Да! Он дня за три предчувствует самые разные неприятности. Правда, мы с ним не вполне в ладах – по характеру он отчасти тот же самый Рябинин, только в области физики. Кстати, он уже много лет разрабатывает свою собственную теорию мирового эфира и по этому вопросу не раз пересекался с Барклаем Забрежным.

Правда, они то ругались, то мирились… Они оба считали, что эфир существует, но его суть представляли себе по-разному. Мы с Платоновым из-за этого дурацкого эфира тоже уже несколько раз сталкивались в самых жестких дискуссиях. Кстати… Лев Иванович… вы упомянули о моей статье в журнале. А в целом что можете сказать о моих перспективах на нынешнем университетском поприще? Просто интересно: есть ли у меня шансы в ближайшие год-два стать проректором? – последние слова Кимревич произнес почти шепотом.