Он попытался скинуть захват:

– Отпустите, я сотрудник полиции. Меня толкнул кто-то, пытался убить. Вы видели, кто рядом со мной стоял?

Мужичок недоверчиво закрутил головой:

– Ага, рассказывай тут, полиция. А чего не президент сразу? – но хватку ослабил.

Сбоку уже налетел машинист, красный, в каплях пота от пережитого стресса, он с размаху толкнул Гурова в грудь:

– Ты что творишь, урод! Да я бы сел из-за тебя! Ах ты, ублюдок!

Лев отклонился в сторону, чтобы уйти от кулака машиниста, летящего прямо в лицо. Мужичок опасливо отскочил в сторону и забормотал:

– Так, мужики, мужики, потише.

Тут общественное место, сейчас полиция прибудет и разберется, сам или не сам он прыгнул.

По лестнице и правда уже бежал наряд полиции, который вызвала дежурная. На ходу один выкрикивал предупреждение:

– Всем на пол лечь!

Гуров предупреждающе поднял пустые руки вверх, показывая, что у него нет оружия. Хотя сам еле сдерживался, чтобы не начать кричать в диком приступе злобы. Его только что чуть не столкнули с платформы, а поднявшаяся суматоха дала возможность преступнику уйти незамеченным. Даже те, кто стоял рядом, не видели, почему оперативник потерял равновесие и полетел головой вниз.

В такой толпе и на камерах не будет видно удара по ноге, только останется опознавать и разыскивать с десяток случайных пассажиров, что стояли вблизи от него десять секунд назад. Сейчас он чувствовал себя поверженным боксером, которого уложил на пол ринга второй пропущенный удар. Голова идет кругом от напряжения, мысли лихорадочно мечутся из-за близкой опасности. Только больше он не пропустит ни одного удара и не позволит отправить себя в нокаут.

Полицейские были уже совсем рядом, с опаской посматривая на Гурова.

Он спокойно кивнул им и, не опуская рук, представился:

– Старший оперуполномоченный уголовного розыска Гуров. Удостоверение во внутреннем кармане, можете достать и взглянуть."

"Он прекрасно понимал, что сейчас наряд настороженно относится к любому, кто даже просто сделает резкое движение. Они получили сигнал не то о суициде, не то о нападении, поэтому сами не знают, что ожидать от крупного мужчины, который представляется опером, но при этом может оказаться кем угодно и выкинуть что угодно.

В том числе открыть стрельбу, достать нож или грохнуть взрывное устройство, что в условиях маленькой площади, огромного скопления народа и узких выходов на землю принесет жертвы и травмы. Один из наряда, невысокий рябой паренек, решился и сунул руку в нагрудный карман сотруднику угро. При виде удостоверения он смутился, мазнул взглядом по документу и вытянулся, опустив свою дубинку:

– Прибыли по срочному вызову, господин полковник. Поступил сигнал о происшествии на станции метрополитена.