Его противник внизу прохрипел:

– Все, все, я понял, отпусти. Не буду больше, мир!

Опер чуть разжал захват, второй рукой перехватил руку лежащего, завел ее за спину и зафиксировал в сильном выверте. Отчего тот снова простонал:

– Да хватит, больно! Отпусти! Мир, я же сказал!

Гуров выпустил своего противника из болезненного кольца рук, лишь предусмотрительно отошел на несколько шагов назад. Тот не думал снова нападать, поднялся с трудом, громко чертыхнулся:

– Чего ты накинулся-то, из-за девки, что ли? Баба твоя? Ну, извини, не знал я. Она ж сама со мной познакомилась, сюда потащила.

А я эти штучки бабские знаю, напьют, нажрут и потом динамо включают – я не такая, я жду трамвая.

– Нет, я не знаком с девушкой, – процедил сквозь зубы Лев. – Но я слышал, что она вас просила отпустить ее и даже укусила, когда давала отпор.

– Ага, цапнула, тварь такая, – мужчина подошел к крыльцу и принялся рассматривать укус на руке. – Вроде не сильно. Чего полез-то, дурак, за незнакомую бабу заступаться? Нужна она мне больно. – Мужчина ткнул пальцем в припаркованную через дорогу шикарную иномарку: – За руль вот такой машинки садишься и только выбирай потом, девки пачками сами на капот лезут.

– Тогда надо было не принуждать девушку, а отпустить и найти другую, которая согласна… – опер замялся, подбирая слова, – на ваши условия.

– Да ладно, – отмахнулся мужчина и принялся отряхивать кожаный пиджак от грязи. – Она только строит из себя скромницу, я таких знаю. Отнекиваются, корчат недотрогу, чтобы цену повыше набить. А сама вон обтянула все так, что тронь – и лопнет платье.

У Гурова вдруг будто зазвенело что-то внутри от таких похожих слов, он их уже сегодня слышал – обтягивающее платье, сочные формы, развратная скромница.

Повинуясь интуитивному импульсу, он достал телефон и показал фото лже-Прохоровой своему бывшему противнику:

– Это она?

Тот прищурился, ухватил аппарат толстыми пальцами, унизанными золотыми перстнями:"

"– Да вроде похожа… Только моя рыжая и поярче, эта совсем моль бледная. А у моей такие губешки сочные, ух. – Он покрутил фотографию, рассматривая повнимательнее: – Вроде похожа. Да только этих баб не разобрать, как штукатурки намажут, любая красоткой покажется. У меня их столько было! – похвастался он.

 – Рыжие, черненькие, беленькие!

Здоровяк сунул телефон обратно, потряс разбитыми пальцами и погладил живот, который до сих пор ныл от удара:

– А ты крутой, уложил меня, как младенчика. Иди ко мне работать в охрану? Деньгами не обижу, у меня СТО по всей Москве больше сотни, человечек вот нужен толковый, чтобы работягам мозги вправлял.

– Спасибо, не нуждаюсь, – отказался Лев Иванович и уточнил: – А с сегодняшней девушкой как познакомились?

– Как?! Да в приложении из телефона, сейчас там все сидят.