Слышу гудки и голос дяди – этот голос я не слышала уже очень давно.

- Да?

Не в силах собраться, я произношу первое попавшееся слово:

- Дядя…

Ни секунды не сомневаясь:

- Влада? Моя девочка…

Множество слов, сыпавшихся из его уст, я пропускала через себя и запоминала каждую его букву. Взгляд Ани явно говорил о риске и страхе быть пойманными, и я-таки перебила нескончаемый поток слов:

- Где ты? Назови хотя бы одну причину, по которой ты поступил так с дочерью своего брата.

Не требую.

Прошу.

- Я почти три месяца в тюрьме.

Шок. Я вздрагиваю.

- Пока что в отдельной камере, но скоро он добьется и этого лишения… - что-то говорит еще, но я вновь перебиваю.

- Это Арбин? – спрашиваю, уже предчувствуя ответ.

- Я боюсь представить, что он сделал с тобой, если ты называешь его по этому прозвищу! – гнев и боль слышу в трубке.

- Я тебя услышала, дядя, - поджимаю губы, боясь сорваться на плач и крики.

- Я боюсь, что отсюда не выберусь. Дело тянут с целью найти больше улик, даже производства не было еще. Пообещай мне, что ты найдешь способ выбраться. И скажи мне, где ты! Вдруг...

Аня качает головой напротив, а затем резко оглядывается.

- Обещаю, дядя, - шепчу все, что успеваю, сбрасываю и кидаю телефон прямо Ане в руки.

А затем Аня наведывается перед самим приездом Арбинского, проходит около трех недель. После недолгого молчания в той самой беседке, где нас, на удивление, никто не караулил, Аня тихо произносит:

- Влада, ты должна сделать так, чтобы Арбин разрешил мне сюда приезжать.

Я непонимающе смотрю на нее, Аня поясняет:

- Возможно, после своего приезда Артем запретит мне появляться здесь. Я не знаю его планы и намерения, но нам с тобой нужно следовать двум аспектам: во-первых, обязательно дождаться Арбинского и не срывать его из Израиля, а во-вторых, я должна быть рядом после его приезда.

- Ты должна мне рассказать план, чтобы я могла придерживаться его, - недовольно говорю я, - а пока лишь я слышу странные извилистые предложения и ужасные нравоучения, которыми ты словно подталкиваешь меня к зверю. Я хочу сбежать, Аня, а ты о чем?

Аня быстро встает со скамьи и начинает оглядываться в пределах беседки:

- Девочка моя, не веди себя столь опрометчиво! Даже стены здесь все слышат! Следуй моим указаниям и читай между строк, тогда все будет хорошо.

Ее голос немного поменялся, стал более холодным и прерывистым, тихим, и я смягчилась.

- Думаю, мне пора. Инга и так слишком многое докладывает Артему, и именно она может стать причиной всего краха.

Я не понимала, почему Аня ко всему этому приплетает Ингу, ведь домработница относится ко мне прекрасно, но Аня убеждает меня в обратном. Просит беречь себя.

Мы идем в направлении дома, заканчивая нашу прогулку.