— Я знаю. При чем здесь это?

— А еще, — добавил, встав и подойдя к окну, Аарон Даллет, — их называют черножопыми."

"— Это дурно пахнет, — сказал бывший офицер абвера. — Это пахнет нацизмом. Не так ли, Вадим?

Аарон Даллет молчал. Он смотрел на банк, где лежали его шестьдесят миллионов долларов. Он смотрел в бесконечное голубое небо… Скоро оттуда прилетит самолет, который несет его жену… Они не виделись почти шесть лет. Стоят ли шестьдесят миллионов баксов шестилетней разлуки?

— Может быть, все же останешься? — спросил адвокат.

— Нет, я хочу ее видеть, Дима.

Постарайся меня понять.

— Но…

— Брось, Дитер. Все эти кавказцы, поляки… Херня! Про меня давно уже забыли. И про деньги забыли. Если бы они что-то знали, то уже началась бы такая суета!

— Она началась, — ответил старый немец. — Ты просто не хочешь это видеть.

— Ты что, боишься? — резко сказал Аарон.

— Чего мне бояться? — пожал плечами адвокат. — У меня за плечами почти шесть лет войны. Потом пять лет в сибирских лагерях. А потом без малого сорок сотрудничества с вами. Я старый уже, Вадим. Мне послезавтра семьдесят семь стукнет.

— А черт, действительно, — сказал Даллет. — Я и забыл.

Он пристально посмотрел в водянистые глаза старого немца, положил руку ему на плечо. Два этих человека прожили совершенно разные жизни… но все же их многое связывало.

— Я и забыл. Ну что ж… подарок в десять миллионов долларов будет как раз кстати.

— Зачем они мне теперь? — пожал плечами Дитер. — Ладно, поехали встречать Екатерину Дмитриевну.

Они вышли порознь. Первым — немец без Родины. Спустя пару минут — русский без Родины. Если бы порядок был обратным, то многое в этой истории произошло бы по-другому.

В дверях отеля Дитер Фегельзанг почти столкнулся с Резо. Они вежливо улыбнулись друг другу и — разошлись. Через две минуты в эти же двери вышел господин Даллет — он же Вадим Петрович Гончаров.

Сухопарую фигуру Дитера Фегельзанга в жидкой толпе встречающих Катя увидела сразу. Цюрихский адвокат стоял несколько в стороне. Почему-то она подумала, что этот старик всю свою жизнь стоит несколько в стороне. Катя даже не знала, насколько она права…

Они встретились впервые в начале августа девяносто третьего.

Она была тогда почти сломлена… цепь потерь казалась бесконечной. За ее спиной уже была нелепая смерть Вадима. И смерть обоих Адвокатов. И страшные питерские Кресты. И жуткое одиночество в Стамбуле. Не слишком ли много для одной женщины?… Оказалось — это еще не все. Впереди были новые потери: нерожденный сын. И потерянный навсегда Андрей. Господи, прошептала она, помоги Андрею! Сейчас ему очень нужна помощь.

— Frau Dallet!

Дитер приветливо взмахнул рукой с букетом хризантем.