В общем, тяжело быть Близнецом.

Я оторвался от своего занятия и посмотрел на Анну.

— Любой воин вправе модернизировать своё обмундирование, вы так не считаете? — спросил я с улыбкой.

Девушка снова покосилась на артефактный наруч, который я держал в руках, и на котором почти закончил заклеивать лейкопластырем герб Академии.

— Пожалуй, вы правы… — задумчиво произнесла она, а затем подозрительно прищурилась и спросила: — А не страшно вам настолько сильно менять ключевые настройки своего вооружения?

Мол, не боюсь ли я так демонстративно идти против МАУД? Ха… да я вроде не иду. МАУД и так получит часть признания за то, что её студенты из её общаги на её вертолёте прилетели выполнять свой священный долг дважды одарённых.

А мне не хочется, чтобы каждый встречный аристократ по умолчанию считал меня частью МАУД. Нужно, чтобы меня воспринимали как независимую единицу.

— Тю, да разве ж это ключевые? — усмехнулся я, вернувшись к заклеиванию герба. — Как сказал бы мой водитель: «на скорость не влияет».

— Хм… — задумчиво протянула Анна и улыбнулась краешком губ: — А у вас не найдётся ещё лейкопластыря?

— Конечно найдётся! — тут же ответил я. — Я ведь хорошо подготовился к этому походу.

В итоге через минуту герб на наручах заклеивали уже все в нашем квартете. Как я и думал, мои товарищи поддержали эту инициативу. Они — потомственные аристократы, и уж точно не желают, чтобы их связывали с кем-то кроме их законных господ.

Вертолёт завис в воздухе и начал снижаться, когда я как раз закончил заклеивать второй герб. Я подошёл к двери и, отодвинув её в сторону, выглянул наружу.

Неотвратимо ко мне приближалась земля, а точнее футбольное поле, на котором стояло шестеро человек в тёмных артефактных доспехах. Что там за огромные пятна на их доспехах, а?

Когда нас разделяло метров тридцать, я усмехнулся — не пятна это вовсе, а герб их училища.

Садиться вертолёт не стал и просто завис в воздухе над кронами деревьев. Я скинул верёвочную лестницу, по которой ещё недавно сам забирался на борт, и с любопытством уставился вниз.

Первым к лестнице подошёл обладатель самой крупной и мощной фигуры. Подошёл не прямо, а сбоку, что примечательно, и начал подъём.

Я одобрительно хмыкнул — не зря ребята поступили в это училище, вижу, хоть чему-то полезному их учат.

— Здорова, Саня! — пробасил Артём, поднявшись на борт, и широко улыбнулся.

— Привет, здоровяк, — тепло поздоровался я и крепко пожал его руку.

Затем не выдержал и, дёрнув его на себя, обнял своего брата по Зодиакальному Кругу.

Постепенно поднялись и остальные. Я был искренне рад видеть каждого из них. Ребята расселись, и когда вертолёт начал вновь набирать высоту, я громко произнёс:

— Судари и сударыни, наша бравая десятка в сборе.