– Ольга Максимовна, что случилось? Павел Владимирович сказал, вы звонили, велел сюда бежать.

– Ника, душенька, у этой женщины неприятность со ступней, – объяснила дама, – отведите ее к хирургу.

– Сначала надо мной заняться! – рассердился Игорь. – Человек с сердечно-сосудистым кризом нуждается в мгновенной помощи.

Старушка взяла свою собачку на руки.

– А молодому человеку пусть укол от истерики сделают.

– Нет! – взвизгнул Гарик. – Ненавижу иглы!

– Можете идти? – заботливо осведомилась у меня Ника.

Я попробовала ступить на левую ногу.

– Ой!

– Сейчас креслице прикачу, – пообещала медсестра.

– Оно жизненно необходимо мне! – вознегодовал Гарик.

– Не надо коляски, – попросила я, – обопрусь на вас и допрыгаю до кабинета.

* * *– Хочу вас обрадовать, – улыбнулся мужчина в белом халате, рассматривая рентгеновский снимок, – перелома нет. Лишь сорвало ноготь с большого пальца. Больно, но для жизни неопасно. Сейчас обработаем ранку, сделаем укол и отпустим вас домой. Впрочем, если пожелаете, можете остаться в нашем стационаре.

– Говорил же, у нее ерунда, – заныл сидевший на кушетке Гарик, – а у меня инсульт! У вас в палате есть телевизор?

– Конечно, – заверил врач.

 – Полностью оборудованная комната – телефон, Интернет, круглосуточное наблюдение, медсестра…

– Поеду домой, – остановила я эскулапа, – уже не так болит.

– Вам придется ответить на пару вопросов, – вновь заговорил доктор, – необходимо заполнить карточку. У вас травма, а в этом случае от нас требуют тщательного соблюдения формальностей. Паспортные данные я записал, теперь о происшествии. На вас напали?

– Нет, – улыбнулась я, – ногой ни от кого не отбивалась.

– Ей на ступню упала пачка макарон, – соврал Гарик.

– Спагетти? – уточнил хирург. – Похоже, они были из бетона.

– Игорь шутит, – процедила я, – на ступню свалилось ядро.

Врач потрогал очки.

– Простите, что?

– Ядро, – повторила я. – Такая круглая железная штукенция, тяжелая.

– Нет, пачка пасты, – стоял на своем Игорь.

– Ты уж определись, что было в торбе, вкусные макароны или книги по бизнесу, – вздохнула я, бросив на родственничка злой взгляд. – И врачу надо сообщать правду.

Повторяю: меня травмировало ядро.

Хирург поднял очки на макушку.

– Впервые слышу о таком случае. Откуда оно взялось? Только не говорите, что в Кремле выстрелила Царь-пушка.

– Ладно, – сдался Гарик, – она права. Макарон в сумке не было, там ядро. С каторги.

– Ага, – кивнул травматолог, – очень интересно, продолжайте.

– Оно – наказание Рылькина, который в тысяча двести двадцать третьем году убил царя Ивана Заборова, – зачастил Гарик.

Я смиренно сложила руки на коленях.