— Чему вы так радуетесь, сударыня? — небрежно поинтересовался он, открывая дверь в небольшой домик, который оказался оранжереей, совмещённой с несколькими другими комнатами пока неясного назначения.

Я отметила, что верзила всё-таки придержал дверь, хотя лицо его отнюдь не сделалось более доброжелательным.

— Люблю природу, — ответила ему. — Очень мило с вашей стороны пригласить меня в сад.

— Это не увеселительная прогулка, — громыхнул Василий Степанович. Его интонации повторила дверь, ухнувшись о проём за нашими спинами. — Вы просили оказать вам услугу, и я вам её окажу.

Но не желаю слышать ни единой жалобы, что вам трудно или непосильно.

— Не услышите, — без промедления заявила в его широкую спину, которая вновь оказалась впереди. — Можете не беспокоиться, Василий Степанович.

— Беспокойство — также чуждое мне понятие, — злорадно бросил он.

Мог бы и не уточнять. И так уже было ясно, что большинство человеческих понятий ему чужды, как и чувства.

— Вениамин! — позвал кого-то верзила.

На его зов вышел молодой мужчина. Кучерявый, в забавных круглых очках с маленькими линзами и в белом халате, похожим на медицинский.

То, что он не врач, стало понятно при взгляде на остальную одежду: поверх халата был повязан фартук из грубой ткани, а на его высоких сапогах присутствовали следы грязи. Ростом незнакомец был под стать верзиле, может, чуть ниже, а вот телосложением заметно хлипче. Немного сгорбленный и слегка растерянный, будто бы только что проснулся.

— Доброго дня, Василий, — проронил он и тут же уставился на меня. — Доброго дня, сударыня.

Я протянула руку, как того требовал этикет. Вениамин кротко поцеловал мои пальцы.

— Вениамин Степанович Булыгин, — представился мужчина.

— Александра Ивановна Дёмина.

— Рад знакомству, сударыня…

— Не сударыня, — обрубил верзила. — Отныне Александра Ивановна — твоя помощница.

— М..моя?.. — окончательно потерялся Вениамин.

— Ну, не моя же. Ты тут вечно жалуешься, что помощников тебе не хватает. Вот. Пожалуйста. Распоряжайся.

Вот это был поворот. Во-первых, я полагала, что мне придётся работать в подчинении грубияна. Впрочем, другой потенциальный начальник мне понравился куда больше. А, во-вторых, вдруг услышала, как Вениамин аккуратно позвал Василия:

— На пару слов, брат.

Прошу нас извинить, Александра Ивановна. Вы пока располагайтесь… — он бегло оглядел оранжерею. — Где-нибудь. У нас давеча только посадка началась, особой красоты не присутствует. Но вот там, в дальней части, уже зацветают хризантемы. Не угодно ли полюбоваться?

— Разумеется. С огромным удовольствием, — улыбнулась я и оставила мужчин одних.

Стало быть, вот оно как: Вениамин и Василий — братья…

Глава 32.

Булыгины переговаривались в стороне.