Женя осмотрела малышку, потом уложила её обратно на спинку, ласково ей улыбнулась, поправила на ней одеялко и сказала, что она обязательно постарается ей помочь и спросила, верит ли ей девочка.

Та посмотрела на Женьку доверчивым взглядом, чуть улыбнулась и согласно кивнула, после чего Женя поцеловала её в лобик и вышла из комнаты, куда тут же ворвался Мартин.

Мы спустились в гостиную и Женя в задумчивости прошлась взад-вперед. По её виду уже было и не сказать, что мы выпили. Она была собрана и серьезна.

Обдумав все, она сказала, что малышке требуется операция, а потом ей надо будет некоторое время в обязательном порядке носить корсет, но проблема в том, что тут никто корсетов не делал и не применял на практике, а без него малышке не обойтись.

Я тут же выскочила в коридор и, увидев Мирона, в срочном порядке отправила его найти и привести сюда Мика Ральски, так как если надо было что-то сделать, то лучше него никто с этим не справится.

Мирон убежал, а Женя стала мне рассказывать, что она придумала. Также сообщила мне, что у неё есть всего три дня, чтобы провести операцию, а потом она отправляется с отрядом на границу. И что если отец девочки согласиться на хирургическое вмешательство, то ей надо подготовиться и позвать себе ассистировать своего декана, у которого золотые руки и помощь которого ей потребуется.

Тут же был вызван в кабинет Мартин, которого я поставила в известность, что моя подруга постарается помочь его дочери, но ей надо будет провести операцию и нам требуется его согласие на это.

Мартин побледнел, а когда услышал, что это единственный способ, чтобы его дочь поправилась, согласился, хоть по его виду и было видно, что он сомневается в способностях Жени…

Благо, ему хватило ума ухватиться хоть за призрачный, но шанс…

А потом вернулся Мирон с Миком, и они с Женей долго что-то обсуждали, и она ему рисовала, что от него хочет. После чего они поднялись в комнату малышки и Мик быстро сделал замеры детского тельца.

А потом они ушли, а мне пришлось столкнуться с еще одной проблемой. Мирон заявил, что все готово к отправке в Энск и он не собирается нарушать указание герцога и задерживаться в столице.

Черт!

Пришлось подключать тяжелую артиллерию в лице вдовствующей герцогини, которой я все рассказала и попросила её помощи.

Она была сострадательной женщиной и поддержала меня в желании помочь ребенку, пострадавшему от Свирской.

И мы вместе устроили бедному Мирону вынос мозга заявив в ультимативном порядке, что задерживаемся в поместье еще на пару дней, не меньше и под двойным напором Мирону пришлось уступить…

И упав спать в этот день я молилась всем богам, чтобы у Жени и Мика все получилось. С этими мыслями я и провалилась в сон, прижимая к себе Машуню.