… — Лучко показал, что высадил Крамова на улице Щорса рядом с каким-то переулком, — начал Седых. — Это где-то вот здесь, — показал он на карте. — Возможно, в этом районе его логово. — Седых прочертил пальцем круг. — Маг с тяжелым чемоданом. Силенок ему не занимать, но тащить через город…

— Да еще знает, что мы его ищем, — вставил Нетребо.

— Вот, вот! Какие соображения, Ильич?

— Улицу Щорса пересекает пять переулков. В переулках крупных домов нет. Почти все жители друг друга знают. Маг — человек здесь новый. Да еще борода… Но у меня есть другое соображение. Если я окажусь прав, нам не придется прощупывать эти улицы и переулки.

Седых поднял глаза:

— Доложи!

— Я думаю, на этот вопрос нам ответит Анастасия Буркова. Та, что форточку по приказу Артиста открыла.

— Но ведь ее допрашивали. Она отрицала, что знает Мага.

— Во-первых, допрашивали ночью. Буркова была под хмелем. Во-вторых, она не опознала Мага на типографском фото. Там Крамов без бороды. Я думаю, Николай Алексеевич, есть смысл еще раз допросить Буркову. Раз сигнал был для Мага — значит, он там бывал.

— Разумно. Действуй, Ильич!

…Буркова. Мешки под глазами. Кожа на лице дряблая, щеки тронуты морщинами.

— Привет, гражданин сыщик! Что еще хочешь?

— Садитесь, Анастасия Федоровна!

— Ну, сяду. Ну и что? Дай закурить, слышишь? Муторно мне.

Виктор Ильич протянул ей сигареты, закурил сам.

— Анастасия Федоровна, значит, фортку вы несознательно открыли?

— Брехать не умею. Что дальше?

— А Изюмова Дмитрия Ивановича случайно не знаете?

— Дмитрия Ивановича?.. — глазки у Бурковой заблестели. — С бородой такой?.. Ну, знаю. Бывал у нас. Ничего дядя. Староват только. С Сонькой Деминой живет. Постоялец ее, вроде моего Мишки. С Сонькой живет, но бабник… Сам на сам с ним лучше не оставайся. Так и норовит поприжать. Его, что ли, подозреваешь? Ошибаешься, гражданин сыщик! Он не чета психу Мишке. Вежливый, деликатный. А то, что облапит, так ведь все мужики такие.

— Значит Демина? Не помните, где она живет?

— А черт ее знает. Где-то в Заднем переулке. Да эту рыжую кобылу каждая собака там знает.

Задний переулок оправдывал свое название: задворки города; в него упирались улицы Щорса и Красина.

Район поиска сузился до минимума.

От Кладбищенского переулка до Заднего — минут пять езды. Получив по рации указание Седых, Сайко помчался туда.

«Волгу» оставили на Красина, у овощной базы, вдвоем с Забельским прошли в переулок. Мычали коровы, лаяли собаки, за заборчиками дворов то тут, то там высились стожки сена, укрытые брезентом или старыми половиками.

Буркова выдала точную справку: Рыжую Соньку здесь знал каждый малец. Предпоследний дом. Сразу за ним — огороды, за ними кривая балка, а от нее, упираясь в самый горизонт, простелилось пожухлое поле скошенной кукурузы.