По его команде стали осторожно отбрасывать ветки. Под ними лежала на спине убитая девушка. Сиреневая мохеровая кофточка поверх голубого платья. На груди — бурые пятна крови. Рот и глаза у девушки приоткрыты. Правая рука окостенело скрючена, кисть левой руки отрезана.

Пока Гуров с эксперт-криминалистом и судебно-медицинским экспертом «колдовали» над убитой, Нетребо и Сайко пошли осмотреть местность.

…Уже сделали необходимые описания, уже собирались убитую переложить на носилки, когда на тропке, ведущей к поляне, показался начальник Фрунзенского РОВД подполковник Седых.

— Труп опознали? — спросил Николай Алексеевич у Нетребо.

— Да. Наталья Измайлова. Вечером пригласим для опознания ее мать.

— Понятно. Что удалось обнаружить?

— В двадцати двух метрах от трупа найден окурок от папиросы «Беломор». Окурок свежий. Ему от силы дня два. Рядом с трупом лежала сумочка. В ней кошелек. Три рубля двадцать копеек и прокомпостированный на автобусе или троллейбусе билет.

— А что скажет Леонид Яковлевич? — обратился Седых к эксперту-криминалисту Глинскому.

— Думаю, материалы исследований смогу представить вечером.

— Изнасилование?

— Нет. Остальное — вечером.

— И не позже, — вмешался в разговор Гуров. — Я возбуждаю уголовное дело. А угрозыску, Николай Алексеевич, придется поработать. Кое-что уже удалось обнаружить, — следователь достал с ручкой лупу и подошел к покойнице. — Обратите внимание. Ногти на правой руке надломлены. Под ногтями, похоже, — кровь. А под ногтем среднего пальца — волосинка.

— Выходит, она кого-то поцарапала?

— Пока это только догадки, — вздохнул криминалист.

Убитую девушку накрыли простыней и понесли на носилках к машине.

На том месте, где недавно покоилась ее голова, к небу поднималась тронутая осенью пожухлая кашка.

Около шести вечера на стол следователя Гурова легло медицинское заключение о смерти и материалы экспертизы. Вадим Михайлович, ознакомившись с документами, пошел к Седых. Пригласили капитана Нетребо и лейтенанта Сайко. Гуров ознакомил их с заключением судебно-медицинского эксперта. Оно гласило: «Смерть насильственная, наступила скоропостижно от нарушения целости левого желудочка сердца. В области сердца убитой обнаружено две колото-резанные раны, причиненные финским ножом с зазубриной на лезвии у ручки.

Жертва находилась под преступником и, судя по положению рук, видимо, оказывала сопротивление. Смерть наступила 39–41 час назад до исследования трупа. Кисть левой руки отрезана тем же ножом, которым нанесены смертельные ранения».

— Все понятно? — спросил Седых. — Какие предложения?"

"— Удары, как сказано в заключении, наносились лежа, — сказал Сайко. Значит, на одежде убийцы кровь жертвы. Таким он в город не пойдет.