Где-то там есть крупная артерия, если попадешь, он сразу истечет кровью и не успеет ничего сделать… Потом сразу бей Ленку…

– Кого?!

– …В шею, или грудь, куда придется. Если что – я из травмата добью…"

"Дима Колесников повернул голову. Мамочка курила и что-то втирала этому в зеленой бейсболке, тот возмущался и размахивал руками. Ящик стоял рядом и тоже размахивал руками. Дима попытался представить, как будет их убивать: колоть Ящика ножом в толстую шею, искать какую-то важную артерию, потом резать Елену Николаевну… Блин, бред какой-то…

– Нет, я не смогу, – пробормотал он.

Но Цифра пропустила его слова мимо ушей.

– Только не тяни! Если он наберет скорость, то мы все звездой накроемся!

– Я не смогу! – повторил он. – Как так – ножом в шею? Я никогда этого не делал…

– А как ты до полусмерти людей колбасил? – страшным шепотом произнесла Цифра, впившись ему в глаза высасывающим взглядом вампира. – Как Сергея из «Аквариума» искалечил? Думаешь, я не догадалась, что это ты? Как в баре в людей стрелял? Делай, что говорю, козел! Иначе очень скоро сдохнешь! Ты и так, благодаря мне, уже лишние два часа живешь! Их надо кончить! Сразу!

– А потом что? – чужим голосом спросил Дима Колесников, снова превращаясь в Ниндзю.

– Фиг его знает, что потом, – сказала Цифра. – Ты мужик, тебе и думать.

Помолчав, она добавила:

– Закопаем где-нибудь, наверное. Или сожжем в лесу… Ящику еще не помешает кол осиновый вбить…

У Ниндзи внутри что-то булькнуло. Мамочка вдруг отшвырнула сигарету и решительно двинулась к машине. Неужели услышала их голоса? Или что-то заподозрила? Ящик что-то сунул зеленой бейсболке в руку, наверное деньги, тот успокоился и полез обратно в кабину. А Ящик побежал следом за Мамочкой. Догадались?!

Нет. Елена Николаевна спокойно открыла дверцу, села справа от него. Потом Ящик тяжело плюхнулся на водительское сиденье.

– Пятьсот рублей дал этому уроду, вместо того чтобы ногами забить до смерти! – возмущался он, заводя двигатель. – Ты, пацан, с бабкой своей, вы мне эти пятьсот рублей отработаете по полной программе. Я вас гопака заставлю танцевать, мать вашу. Ноги, блин, переломаю и заставлю….

– Хватит помелом мести, – бросила Мамочка отрывисто. – Поехали.

Надо было бить прямо сейчас. Не раздумывая. Ниндзя понимал это какой-то частью мозга – спинного, наверное. Но не привык ему, спинному, доверять. Не было у него еще отработанного навыка убийства. К тому же ему показалось, что Мамочка, эта двуногая годзилла, эта монстрина, – что она плачет. Он увидел мокрые следы на лице и просто выпал в осадок. Как если бы увидел вылезающие из ее кожных пор зеленые колючки… Не успел, короче.

Ну, а через минуту было уже поздно.

– Кровью пахнет, – вдруг сказала Мамочка. И посмотрела на Цифру. Та пожала плечами.