Светка права, нам сейчас лишнее внимание не нужно, надо доехать без косяков.

Мамочка посмотрела на него в зеркало, чуть лазером не сожгла. Но смолчала. Ниндзя удивился, обнаружив, что в этой уродской семейке слово Цифры что-то да значит.

Через пару километров Мамочка пошла на обгон грузовика, не заметив впереди знак перекрестка. Или заметила, но не придала значения. Грузовик вдруг притормозил и стал поворачивать налево, перегородив им полосу. Издав вопль, Мамочка резко крутанула руль влево, машина вылетела на обочину, крутанулась, описав широкую дугу, с диким грохотом перескочила какое-то препятствие (Ниндзя, у которого не было возможности за что-то схватиться, чуть не улетел вперед, в приборную панель, – Ящик удержал), снова оказалась на асфальте и, взвизгнув шинами, остановилась. Никто не произнес ни слова. Мамочка, бледная как рыбье брюхо, молча шевелила губами, глядя в окно перед собой. Протяжно сигналя и мигая дальним светом, проехала машина. Оказывается, они стояли на встречке. Мамочка будто очнулась, включила передачу, осторожно вернулась на свою полосу, остановилась.

– Я так больше не могу, вы меня конкретно достали!! – с ненавистью сказала она. Отстегнула ремень, ощупала себе руки, шею, поерзала на месте, обернулась. Лицо у нее было какое-то странное, словно одеревеневшее.

– Твою мать, чуть всех не угробила, и еще недовольна! – прокомментировал Ящик. – А этот хрен что хочет?!

Ниндзя видел, что грузовик, который они едва не протаранили, остановился метрах в десяти сзади – распахнулась дверца, из кабины вывалился мужик в ярко-зеленой бейсболке и начал что-то орать и грозить кулаком…

– Звездюлей хочет! – зло процедила Мамочка. – Заткни ему пасть!

Ящик рванулся из машины, как натасканный бультерьер по команде «Фас!».

– Только по-хорошему! – крикнула она вслед. – Чтобы номер не записал да гайцам не звякнул!

Но Ящик несся, как захватившая цель торпеда, и оставил последнюю фразу без внимания.

– Глухопердь! – Мамочка выскочила и бросилась следом.

– Наконец-то!

Цифра быстро просунула руку под куртку, которая лежала у Димы на коленях, – он подумал, что она хочет залезть ему в ширинку. Там что-то щелкнуло, он сперва даже не понял. А потом в левую руку сквозь онемение прорвалась острая боль.

– Не дрыгайся, – прошипела Цифра, не разжимая губ. – Там нож, я специально за ним возвращалась. Держи его крепче!

– Ты мне руку поранила…

– Это я скотч разрезала. Не помрешь. Нож держишь?

Дима пошевелил затекшими пальцами, ощутил твердую влажную рукоятку.

– Держу. И что?

– Их надо кончать, пока они тебя не кончили!

– Как кончать?!

– Сейчас Ящик сядет за руль. Когда начнет трогаться – ударь его в шею.