Когда она узнала, что бремена, уже была в крепких отношениях с Игорем и паниковала, вдруг ребёнок не от него. Я… посоветовала ей забыть всех мужчин, которые были до Игоря. Да и выбора у неё особо не было, без помощи с ребёнком она бы не справилась.

— Значит у меня появился старший брат! — радостный голос Яны прервал рассказ о прошлом, не совсем подходящий для ушей юных дев.

Софья напряжённо смотрела на родственников Аскольда. Чёрные волосы у брата и тёти, тёмно-русые у двоюродного брата. Ни у кого из троицы нет голубых, как ясное небо, глаз. Зато рядом сидят сёстры Оболенские — статные, высокие, светловолосые, голубоглазые.

С атрибутом «молния», в конце концов!

Хотя молнии Алисы и Яны «нормальные» — белоснежные, а не золотые, как у Аскольда.

«Проклятье! Кровь древнего рода проявилась в нём очень сильно! Но… может, всё-таки это ошибка? Но… я ведь чувствовала его странную силу… Наследие богов… Но… былины… простолюдин…»

— Соня, ты в порядке? Тебе нехорошо? — обеспокоенно спросила Алиса у лучшей подруги.

— А? Да… Да, всё нормально, прости.

— Судари и сударыни, всё внимание на сцену. Посыльный вернулся! — громко произнёс княжич Новочеркасский. Этот молодой человек явно наслаждался происходящим, отчего Софье было вдвойне обидней.

— Ваше сиятельство, чаша истинной крови, — судья подвинул чёрную миску к краю стола, рядом положил принесённый нож. — Вы знаете, как проходит ритуал?"

"— Знаю, — твёрдо ответил великий князь Тверской и без промедления порезал ножом палец. Кровь закапала в миску. — Аскольд, сделай, пожалуйста, то же самое.

Человек, за которого Софья всей душой желала выйти замуж, не колебался ни мгновенья. Чиркнул ножом по пальцу, кровь закапала в чашу и…

Над чашей застрекотали белоснежные молнии, порождённые общей кровью.

— Он Оболенский… — зашептались «зрители» из противоположной части судебного зала.

«Оболенский…» — обречённо подумала Троекурова.

— Не просто Оболенский! — громко объявил великий князь и указал на молнии из чащи. — Как видите, атрибут подтверждения поднялся высоко. Аскольд — мой кровный сын.

Бесшумной тенью Софья поднялась со скамьи и устремилась к выходу, пока остальные глазели на беснующиеся в чаше молнии. Князь Выборгский, сидевший позади других, вместе с охраной поспешил за дочерью.

Мысли девушки путались, она сама не поняла, как оказалась в машине.

Хлопнула дверь, князь сел рядом.

— Поехали в аэропорт, — тихо проговорила Софья.

— Миша, в аэропорт, — велел князь и поднял звуконепроницаемую перегородку.

Машина тронулась с места.

Софья сидела молча, опустив голову.

— Скажи, доченька, что произошло? — как ни в чём не бывало, спросил князь. — Ты что-то забыла в княжестве?

— Что произошло?! — вскинулась Софья.